Бабочка под стеклом
Что делать, если муж завёл любовницу? Молодую, красивую, и никакие доводы на него уже не действуют, он ещё и оправдания себе находит. А ты остаёшься растерянная, разбитая и, кажется, что никому нет никакого дела до того, как ты с этим справляться будешь. Ведь муж-то любимый, и за долгие годы брака родным стал… Но ведь известно, что жизнь иногда преподносит сюрпризы, порой настолько удивительные, что они заставляют позабыть обо всех недавних неприятностях. И жизнь начинает играть новыми красками, и появляется кто-то другой, кто-то важный, тот самый мужчина, который заставляет тебя понять: а муж-то прав был, и пора начинать всё сначала!
Ей необходимо было на что-то отвлечься, иначе непременно заплачет.
— Это третий.
— А всего сколько?
— Пять. Гипермаркетов пять, есть ещё супермаркеты, кафе, пара кинотеатров, ресторан в Питере. Несколько фабрик, кое-что из товаров сами производим.
Марина с шага сбилась, остановилась и только смотрела на него. Гранович на неё обернулся.
— Что? Ваш отец — обеспеченный человек.
— Обеспеченный?
— А разве нет?
— Я всегда думала, что обеспеченные люди, это когда две машины на семью, трёхкомнатная квартира и дача… не очень далеко от города.
Дима усмехнулся и остановился у подъездной двери, дожидаясь, когда Марина спустится.
— Да? Значит, у нас несколько разные понятия об обеспеченности.
— А вы, Дмитрий Алексеевич, тоже… обеспеченный человек?
Он дверь перед ней распахнул и вперёд пропустил.
— Не настолько.
Вот зачем спросила? Какое ей дело?
Дети уже сидели в машине, устроились на заднем сидении, Марина к ним села, а Гранович на переднее сидение.
— Домой, Дмитрий Алексеевич? — спросил водитель, а тот кивнул.
Марина почувствовала, как Эля к её боку прижалась, глаза опустила, и увидела, как дочь снова открыв рот на Дмитрия смотрит.
— Эля, — одёрнула она её, а Гранович услышал и обернулся. На детей посмотрел, только как-то настороженно, словно оценить степень опасности пытался. И если Антону по взрослому руку протянул, то на Элю поглядывал с опаской. А та ещё так на него смотрела, глаза вытаращила, а потом лицом Марине в бок уткнулась. Той так неудобно за неё стало. Она Грановичу улыбнулась, а дочь по голове погладила. И только на Антона предостерегающий взгляд кинула, когда тот от смеха фыркнул.
Дмитрий на сидении развернулся, минуту молчал, раздумывая о чём-то, наверное, о том — подыскивать ему квартиру уже сейчас или повременить. А потом сказал:
— Мы с Николаем Викторовичем сегодня разговаривали утром, вернётся он не раньше следующей недели, просил, помочь вам устроиться. Марина, вы знаете, где его дом находится?
— Да, он говорил. Совсем рядом, в Суромне.
— Точнее, рядом. В новом посёлке.
— Ну да, — повторила за ним Марина, — в новом посёлке.
— Этот же район, автобусная остановка совсем рядом. Но Михалыч в вашем полном распоряжении.
Марина сглотнула.
— Ну что вы, это ни к чему. Моя работа совсем рядом, пешком минут пятнадцать. А Антон и на автобусе прекрасно доедет до школы.
— Ну, мам, — начал тот, а она строго посмотрела.
— На автобусе, Антон.
Михалыч на месте водителя не удержался и усмехнулся, на Грановича глянул, но тот в окриках Марины не разбирался, и хранил хмурое молчание.
Когда они подъехали к дому, из машины вышли, Марина остановилась, дом разглядывая. Если честно, такого она не ожидала, отец говорил, что дом не слишком большой, правда, в два этажа, но это просто дом, ничего особенного.

















