Белая субмарина: Морской волк 4-6

А нас всех, и меня лично, на берегу ждал сюрприз. В лице нашего «жандарма», комиссара ГБ Кириллова (интересно, что в этой истории погоны в армии ввели, но звания старого образца убрали не все. Так, воентехники стали инженер-лейтенантами, капитанами и прочее, но вот политруки и старшие майоры ГБ остались).

– Ну что ж вы, Михаил Петрович, – упрекнул меня «жандарм», – вместо того чтобы тихо, незаметно, такое устроили! Знаете, что американцы флот назад перебрасывают с Тихого океана? И куда теперь история свернет, одному Богу ведомо, да и то под вопросом.

– «Королева» не моя, – отвечаю, – да и во всем прочем немцы справились не хуже.

И напомню, что мне задача ставилась – груз добыть, груз доставить, и чтобы никаких подозрений не пало на СССР. А все прочее не оговаривалось, если ради выполнения основной задачи.

– Знаю, – кивнул в ответ Кириллов, – теперь знаю. Просто тогда «Куин», затем «Айова». Сам вызывает Моего, ну а Мой меня к ответу, что это, товарищ Лазарев персональную войну Соединенным Штатам объявил? После лишь разобрались, что не врут союзники. Вы бы поверили, что «Шарнхорст» мог «Айову» потопить, да еще вместе со всем эскортом?

– Честно скажу, не поверил бы.

Но ведь было?

– Было, и вот теперь задача: к добру это для нас или наоборот. Ладно, это уже не я и не вы будем думать и решать. А вам же пока, приказ комфлота передаст, но и я в курсе, идти снова в Молотовск вместе с конвоем «Краснодона», там транспорт разгружаться будет. После чего К-25 встанет в заводе на техосмотр, все ж далекий был поход. Кстати, от Анечки вам привет, заждалась она, вот только вам, Михаил Петрович, надлежит со мной вместе вылететь в Москву для подробного доклада.

Да, а что это у вас за значки и эмблемы неуставные? И почему субмарина на них белая?

– А это, Александр Михайлович, наши умельцы в свободное время развлекались, делали. Белая – потому что мы как призрак в океане, нет нас. И надежда наша, что это когда-нибудь знаком нашего атомного подплава станет. А то Андрей Витальевич рассказал, что у подводного спецназа СФ уже вполне законный, утвержденный символ – белый оскалившийся песец, тот самый, который приходит незаметно. Чем атомные подводники хуже?

Вместо эпилогаФранция, Брест, 20 мая 1943 года

Несуразный на чертежах и схемах, в натуральном виде корабль производил совсем иное впечатление.

Серо-голубая окраска, характерная для французского флота, подчеркивала хищные обводы узкого носа, изящная надстройка не придавливала корпус к воде, а словно парила над ним, взлетая к небу, сильный наклон форштевня придавал силуэту стремительности. Вообще, на взгляд немецкого моряка, корабль был необычно высок и узок и похож скорее не на линейный корабль, а на эсминец-переросток.