Белая субмарина: Морской волк 4-6

И я не знаю, как оправится после Британская империя – в Индии японцы добивают остатки англичан, в то время как другой наш союзник, дуче, вообразивший себя новым Цезарем, ведет свои легионы по Африке и заявляет, что остановится лишь в Кейптауне; причем этим потомкам римлян каким-то образом удалось еще одержать громкую морскую победу! Будь эта война сама по себе – мы могли бы гордиться, что победили. Но сколько будут стоить все наши победы здесь, когда русские подступят к Берлину?

– Вы думаете, положение на востоке настолько тяжелое?

Показалось Роммелю или нет, что полковник спросил это с каким-то особым интересом?.

.

– Южный фланг Восточного фронта разгромлен, центр разгромлен, северный фланг окружен, и его положение безнадежно, – начал перечислять фельдмаршал, – если это не тяжелое положение, тогда что? Нам говорят, что Германия еще сможет набрать новую армию. Кто думает так, не понимает, что победоносную армию надо растить! Заявляю авторитетно, что наша армия образца сентября тридцать девятого не смогла бы за два месяца бросить на колени Францию – если бы не познала успех в Польше.

А марш германских войск по Парижу в сороковом сделал вермахт силой, способной покорить весь мир! И где те ветераны, узнавшие вкус победы, не только солдаты, но и опытные командиры, и штабы? Они остались в русских снегах, лесах и болотах, и заменить их некем! Наш фюрер теперь гонит на фронт мерзавцев со всей Европы, и даже уголовных преступников из тюрем. Толпа, сколь угодно большая и вооруженная до зубов, это еще не армия – кто сомневается, взгляните на Арабский легион. Оснастите их полностью и представьте в настоящем бою против даже одной нашей или русской дивизии – вы сомневаетесь в результате?

– А как же русские, ведь у них было практически такое же положение в сорок первом году, когда мы стояли под Москвой?

– К сожалению или к счастью, Клаус, я не был на русском фронте.

Но по тому, что слышал, у русских, во-первых, было просто больше людей, во-вторых, их потери первого года войны пришлись на слабообученное «мясо», за которое нам, однако, пришлось платить жизнями ветеранов, – но если русские как оказалось, быстро учатся воевать, то нам свои, даже меньшие, потери оказалось восполнить нечем. Теперь же в лучшем случае мы сумеем устроить контрнаступление, подобное московскому, уж если такое удалось полякам в двадцатом – но вот где мы возьмем силы на свой сталинград? И что останется после против англичан и американцев, которые в своей привычной манере копят силы на островах, чтобы вмешаться, когда будут делить победу? У нас просто нет таких мобилизационных резервов, как у их коалиции…

– А как же наш возможный удар через Кавказ?

Роммель только поморщился.