В ритме сердца
Порой мне кажется, что моя жизнь состоит из сплошной череды защитных масок: днем – невзрачная, серая пацанка, скрывающаяся от преступности Энглвуда; ночью – танцующая кукла для пошлых забав богатых мужчин; дома – я надеваю маску сдержанности, спасающую меня от вечного пьяного хаоса, но даже эта маска не даётся мне с тем трудом, как мучительный образ лучшей подруги. Я годами люблю человека, который не видит меня по-настоящему и, вряд ли, хоть когда-нибудь заметит так, как сделал это другой мужчина. Необычный. Манящий. Лишающий здравого смысла и до дрожи пугающий. Тот, с кем по роковой случайности я встретилась одним злосчастным вечером, когда в полном отчаянии просила у вселенной чуда о решении всех своих проблем. Но, видимо, нужно было яснее излагать свои желания, ведь вместо чуда я столкнулась с ним, и теперь боюсь, мне ничто не поможет ни сбежать от него, ни скрыться. Содержит нецензурную брань.
– Нет, это не то, дикарка! Открой глаза и скажи мне правду. Я не отпущу тебя, пока ты не отдашься мне целиком. И головой, и телом. – Своим упрямством она играет с огнём, заставляя меня терять последние крупицы самообладания.
– Это и есть правда. Я хочу, чтобы ты меня отпустил, – более твёрдо повторяет она, раскрывая свои дикие глаза. Но в них вся истина: она погибает так же, как и я, от нестерпимого желания обладать друг другом.
Она не успокоится, пока не выведет меня из себя? Разве она не понимает, что сейчас мы вращаемся в замкнутом круге, из которого существует лишь один выход: поддаться удовольствию, чтобы каждый из нас смог поглотит свою порцию рая.
"– Хватит! Ты в любом случае станешь моей!
Не рассчитывая силы, сжимаю ей скулы. Мне глубоко плевать на то, что могу оставить на её нежном лице следы своих пальцев. Именно этого я и хочу – покрыть её тело своими отпечатками, чтобы не осталось ни одного пустого места.
И это самое меньшее из зол, какое мне сейчас жутко хочется с ней сотворить. Я буквально вижу, как ментальный контроль над моим состоянием ускользает, как сквозь пальцы песок.
– Не стану! – сдавленно отвечает упрямая девчонка, цепко хватаясь за моё запястье, желая освободиться от хватки.
Сука… с таким рвением твои руки должны обхватывать мой член, умоляя подарить тебе немыслимое наслаждение.
– Ещё как станешь, детка. Я никогда не принимаю отказов, – говорю я, считывая по борьбе в глазах, как она отчаянно пытается удержать секундную ясность мыслей, а по учащённому дыханию ощущаю вернувшийся к ней страх.
Но вновь не тот, что обычно источают женщины в присутствии меня. Сейчас она боится не своих запретных желаний и необъяснимой реакции тела.
Я сам боюсь.
Я искренне хочу провести дикарку через все возможные границы её воображения, многократно доводя до самого мощного оргазма в её жизни, но зверь во мне не собирается быть нежным, и он больше не способен ожидать её покорного согласия. Он уже на низком старте, скребёт когтями землю в ожидании стремительного рывка.
Да и какого хрена?!
Ждать и просить – вообще не про меня. Я привык брать всё, что пожелаю, не спрашивая разрешения.
– Отпусти меня, прошу тебя, я не…
Стоит мне только услышать внезапную мольбу в её томном голосе, как меня окончательно срывает с катушек. Я до боли впиваюсь в её губы, глубоко проникая в неё языком, двигаю им в такт своим бёдрам.
Она напрягается, пытаясь оттолкнуть меня. Всего пару мгновений. А затем глухо рычит и целует в ответ, устраивая дуэль с моим языком подобно той, что никак не перестаёт угасать в её взгляде.

















