В ритме сердца

Я никогда в жизни не мог ощутить на себе свою же силу, поэтому стоило мне только встретить тебя и почувствовать это, не получив до конца, я беспрерывно страдаю от зверского голода, который только ты одна способна утолить.

– А как мне ещё смотреть на то, что я хочу? – на сей раз в моих словах нет и намёка на игривый сарказм.

– Что за бред ты несёшь? – непонимающе хмурится она, повергаясь в немалое смятение.

– Бред? Это ещё почему?

– Потому что ты не можешь меня хотеть, – тихо, но уверенно заявляет Николина.

– Не могу хотеть? Смотрю, ты всё знаешь лучше всех. Тебе что, мало своих желаний, которые не перестаёшь отрицать, теперь ещё и с моими собралась делать то же? – интересуюсь, в самом деле не понимая её внезапной робости.

Она же стриптизёрша. Разве она не слышит подобные фразы по сто раз за ночь от множества различных мужчин? Я уверен, что пьяные, расслабленные атмосферой клуба клиенты совсем не стесняются в высказываниях своих похотливых фантазий. Но лучше мне об этом не думать, ведь стоит только позволить ярким картинам о том, как какой-то извращенец тянет к ней свои грязные руки, вспыхнуть в моей голове, как лютая ярость пробирается под ребра и, скручивая всё в районе диафрагмы, тут же провоцирует импульсивное желание убить каждого, кто посмеет к ней прикоснуться.

Она уже принадлежит мне, даже если сама этого ещё не понимает. Я так решил с первой же минуты, как ощутил её необыкновенное воздействие на меня. С того момента и до истечения нашего контракта Николина больше ни перед кем не раздвинет свои шикарные ноги. Если же додумается ослушаться, то я быстро превращу её из роскошной модели с глянцевой обложки журнала, какую она из себя представляет сейчас, в голую шлюху, стоящую передо мной на коленях с мольбой в глазах и жалобными просьбами о моём милосердии пощадить её и не причинять физической боли.

Ничего себе… Куда это меня так понесло?"

"Сам поражаюсь потоку несвойственных мне мыслей, ведь я никогда не был приверженцем унижения, жестокого наказания в сексе или всего прочего, что связано с БДСМ. И я не могу даже списать столь гнусные помыслы на примитивную ревность, ведь я априори не могу испытывать её к женщинам по одной лишь простой причине, что воспринимаю их приблизительно на одном уровне с повседневными вещами, приносящими моему телу определённую пользу.

Видимо, тут дело вновь в чувстве собственничества моего безумного монстра, который с самой первой минуты провозгласил дикарку своей. И потому мне ещё предстоит выяснить: кто этот смертник, с которым она общалась вчера после моего уезда?

– Возможно, ты хочешь то, во что превратил меня. И это упаковка, безусловно, выглядит привлекательно, но это – не я, Адам, и я в самом деле не понимаю, что вообще здесь делаю.