Бермудский треугольник черной вдовы
В бригаду Татьяны Сергеевой обратилась Инна Валерьевна Голикова. Она явно сверх меры любит своего сорокалетнего сыночка и не хочет, чтобы тот женился. Алексей – успешный бизнесмен, владелец сети магазинов. Он прямо заявил матери, что встретил судьбу в лице некой Веры Лазаревой, намерен сочетаться браком и жить отдельно. Его невеста не невинная девочка, в прошлом у нее четыре покойных мужа. Умирали все Верины супруги ровно через год совместной жизни от инфаркта. Любящая маменька считает: Алешеньке угрожает опасность – и умоляет разоблачить черную вдову. Босс Сергеевой смущенно признался: Голикова подруга его мамы, и он просит Татьяну устроиться в турфирму «Светатур», где в данный момент работает Лазарева, и разузнать о ней как можно больше. Татьяна сразу взяла след. Так началось это расследование, которое постепенно стало напоминать сагу о двух семьях. Куда там «Саге о Форсайтах»!
По-провинциальному так, а по-нашенски, по-столичному, – дрессинг.
– Кто такой табурет? – продолжала я беседу.
– Травка пиканте, выросшая в Мексике, – затараторила Марго, – обладает ярко выраженным пряным вкусом сгоревших дров, ароматом диких лесов и бодрящей силой горных озер. Хозяин эксклюзивно табурет из долины пирамид получает, там колосятся огороды, заведенные еще дикими майя. Наши клиенты от табурета в восторге.
– Понятно, – сдерживая смех, сказала я, – хаспачча – это холодный суп из протертых помидоров. Крабо – обычные крабы…
– Нет-нет, – возразила девушка, – хаспачча у нас раритетная, томаты для нее прибывают из марокканского края, собираются только руками, прямо на плантации садятся в самолет и летят в наш ресторан.
– Думаю, помидоры затруднительно собирать ногами, – не выдержала я.
Но Марго не услышала язвительного замечания.
– Крабо – это не крабы.
– А кто? – удивилась я.
– Крабо живут только в одном озере мира, – заявила Марго, – в нерукотворной красоте Шотландии, на высоте пяти тысяч метров, в кратере вулкана имени королевы Виктории.
– Так они ползают по горам или в озере плавают? – уточнила я.
Собеседница округлила глаза.
– Крабо обитают в подземных пещерах потухшего извержения.
Глава 20
– Ясненько, – протянула я, – а вас ист дас ваши?
– Ваши? – переспросила Марго. – Ну ваши – это ваши, не мои, значит.
– Это не местоимение, – уточнила я, – «консомэ из ваши с хрустящими крутонами». Крутоны вроде сухари. Видела вчера в супермаркете пачку «Ванильных крутонов с маком по-тамбовски».
– А-а-а, ваши[3] – это крупное рогатое животное, пасется на альпийских лугах, дает молоко и мясо, – радостно растолковала официантка.
– Корова, – кивнула я.
– Да вы что! – возмутилась Марго. – Корова ужасное, тощее, грязное существо, которое бродит по полям Подмосковья, рыдая от голода. Ваши обитает в Швейцарии, у нее другая жизнь и совершенно другое мясо. Из коровы получается бульон! А из ваши – консомэ.
– Суп делают из говядины, – вздохнула я, – с ваши разобрались. Что посоветуете заказать? Наиболее вкусное блюдо какое?
Марго понизила голос:
– Поскольку вы не москвичка, хочется угостить вас получше. У нашего шефа есть коронное блюдо, он его делает с особой любовью. Давайте его принесу?
– Отлично, – обрадовалась я, – но у меня не так уж много времени.
Официантка взяла меню.
– Десять минут! Сейчас вон тем дамам их ланч подам и вам притащу.
Марго повернулась и унеслась за цветастую занавеску, за которой, похоже, скрывались служебные помещения. Я хотела взять телефон, но тут девушка опять появилась в зале, она тащила поднос, заставленный тарелками.

















