Бесспорное правосудие

Так что заставило ее прийти в церковь за советом, исповедоваться, получить отпущение грехов? Каких грехов? Может, им повезет, и тогда они узнают это прежде, чем покинут церковь. Если, конечно, миссис Карпентер написала обещанное письмо. Возможно, они возлагают на него слишком большие надежды. Миссис Карпентер видели выходящей из дома с письмом в руке, но оно могло быть адресовано кому угодно.

Кейт привыкла сидеть молча. Очевидно, что Дэлглиш не расположен говорить, а она уже давно научилась чувствовать его настроение и всегда молчала, если молчал он.

Обычно это ей давалось легко. Дэлглиш принадлежал к тем людям, молчание которых не вызывает смущения, а, напротив, приносит облегчение. Но сейчас ей хотелось поговорить – убедиться, что он разделяет ее нетерпение и беспокойство. Дэлглиш сидел неподвижно, склонив голову, его пальцы окружали кружку, но не дотрагивались до нее. Может быть, он ждал, когда та остынет, а может, вообще забыл о кофе.

Наконец Кейт поднялась со словами:

– Отсюда мы не услышим, когда привезут почту. Пойду подожду у дверей.

Дэлглиш не ответил. С кружкой в руке Кейт вышла в узкий коридорчик, ведущий к боковой двери.

Время тянулось изнурительно медленно. Но теперь, когда Дэлглиша рядом не было, она хотя бы могла избывать нетерпение в нервной ходьбе и частом поглядывании на часы. Девять часов. Кажется, священник сказал, что почту привозят в девять или чуть позже. «Чуть позже» может означать разное. Можно прождать и полчаса. Сейчас пять минут десятого. Семь минут. И вот это случилось. Она не слышала шагов за дверью – просто в прорезь для почты посыпалась корреспонденция и с глухим звуком упала на пол: два больших, плотных конверта, пара счетов и пухлый белый конверт с пометкой «в собственные руки», адресованный отцу Престейну. Уверенный почерк образованного человека. Кейт видела такие конверты в квартире миссис Карпентер. Это именно то письмо, которое ждут. Кейт отнесла его Дэлглишу со словами:

– Вот оно, сэр.

Дэлглиш взял письмо и положил на стол, а рядом сложил стопкой остальную почту.

– Похоже, оно, Кейт.

Ей с трудом удавалось скрыть нетерпение. Конверт, казавшийся особенно белым на темной поверхности дубового стола, выглядел неким таинственным знамением.

– Как долго длится месса, сэр?

– Простая месса без музыки и проповеди около получаса.

Кейт тайком бросила взгляд на часы – больше пятнадцати минут ждать.

Но полчаса еще не прошли, как дверь отворилась, и в ризницу вошли отец Престейн и Джо. Молодой человек быстро снял сутану, влез в многослойную форму мотоциклиста и разом превратился в огромное металлическое насекомое.

– Сегодня я не останусь на кофе, святой отец, – сказал он.