(Без)условная любовь

Едь к вам с Верой, а я потом пересяду…

* * *Они доехали до квартиры Бархиных, не проронив практически ни слова. Саша вел машину, Андрей злился, молча глядя в лобовое, Вера с Катей сидели сзади, держась за руки… Вера и хотела бы расспросить подругу обо всем, из-за чего пришлось резко свернуть их девичник, но… боялась. Катя же просто особенно и говорить-то не хотела… В голове и на душе опустошение… Каким бы говном ни был человек, жалко смотреть, как наркотики рушат его судьбу.

— Может ты у нас останешься, Катюнь? — Вера прекрасно видела, что Веселов жутко злится… Не полностью понимала, почему, но и оставлять с ним подругу не хотела.

— У нас ремонт, Вер, и сами на матрасе ляжем, куда Катю тащить еще? — Саша постарался говорить мягко, а Андрей не церемонился — снова Самойлову за локоть прихватил, в машину возвращая, уже на переднее, сам тачку обошел…

— Катя домой едет. Спокойной ночи.

Сел, захлопнул дверь, рванул…

Они снова молчали. Андрей за дорогой следил, Катя в окно смотрела. Снова ночь, как та — выпускная, тоже летняя… тоже теплая…

Девушка скинула туфли, устроилась на сиденье с ногами, положила подбородок на колени…

— Куда мы едем, Веселов? — первая заговорила, когда поняла — если домой, то больно окольными путями…

— Проветриться надо. Прокатиться хочу…

— Ну так высади меня и катайся…

Наверное, он не заслужил, чтобы Катя с ним так грубо, но… Это сегодня не заслужил, а вот по жизни…

— Мне интересно, Самойлова, а в ваших Америках не учат, что нельзя к опасным людям близко подходить? — ответ не заставил себя долго ждать. Андрей глянул на нее с прищуром, педаль газа сильней нажал, чтобы успеть на зеленый. — Или ты до сих пор к нему чувствуешь что-то, вот и пыталась спасти? Так может мне тебя к Бабочке обратно отвезти? Ты ему нос подклеишь… заодно и от пагубного влечения излечишь…"

"— Заткнись. Просто заткнись…

Катя ответила, снова к окну отворачиваясь. Сейчас представить не могла, как умудрилась когда-то в него влюбиться. В семнадцать нежного такого, правильного, а теперь… язвительного, колючего, острого…

— Я не буду тебя сторожить, Самойлова. Поняла меня?

— А я тебя и не просила!

Только долго в молчанку играть не смогли. Андрея распирало, Катю тоже. Вдвоем, в замкнутом пространстве, после того, как трухнули знатно оба. В первую очередь — друг за друга.

— Лучше бы спасибо сказала, гордая…

Катя оглянулась, не зная даже, чего больше хочет сейчас — расплакаться или в лицо его вцепиться.

Да, гордая. А он что, не такой? Тоже ведь…

— Не смей меня женой звать. Еще разнесут по людям…

— А тебе что, противно? Или Питер не поймет? — имя ее вроде как жениха Андрей откровенно выплюнул. Его все мужики бесили, которые вокруг нее вертятся. Беда в том, что четыре года прошло, а они все те же.