(без) Право на ошибку

Ну а дальше ее ждет сюрприз. Я получу по полной программе, получу все, что Настя могла дать мне — а потом выставлю из своего номера.

Мы продолжали молчать всю дорогу. Ей, похоже, нечего было сказать, мне — тем более.

Отель появился неожиданно быстро. Плюс не такого уж большого города. Я и не сделал попытки помочь Насте выйти — с этим прекрасно справился швейцар. Ему она кивнула и даже улыбнулась. Сука. Я такой улыбки не удостаивался. Похоже, переспать с кем-то ей стало проще, чем улыбнуться."

"Я почувствовал, что завожусь. Что из меня лезет мое темное «я» способное к хренам собачьим снести всю гостиницу и этот город. Что за долбанным консервным ножом она обладает, если вскрывает меня, как жестяную банку, и достает наружу те эмоции, которых не может там быть?

Я же Веринский. «Испанец» с правом на кровавую корриду. Я работаю как полный псих, как чокнутая машина для того чтобы иметь все эти права. И меня не трогают ни простые радости, ни все эти люди, которые мечутся вокруг, ни чувства, которыми так любят кичиться доморощенные позитивисты и романтики.

И с чего я так завелся?

Все что я знал — думал — про Настю — не правда, она как все. А «все» меня не интересовали. Так что это просто еще одна хорошенькая телка, которую так приятно разложить и…

Мы зашли в лифт, устланный роскошным ковром, и она вдруг сняла туфли. И тут же стала совсем маленькой, такой, как я ее помнил, такой, которой удобно укладывать подбородок на макушку и обнимать сзади, когда стоишь и смотришь на что-нибудь поистине величественное. Мы ведь и успели съездить только в Барселону, но потом…

А я чуть не взвыл от затопившего меня непонятного чувства, скрутившего все внутренности. Она это специально?!

Я не знал. Я уже ни хрена не знал.

Настя с наслаждением пошевелила пальцами ног в тонком капроне, а я глаз не мог оторвать от этих пальцев с красными ноготками. Мне захотелось погладить их, облизать, как долбанному фетишисту. Сложить эти ступни себе на колени, обхватить тонкие лодыжки, пробежаться ладонями по стройным ногам туда, где виднеется разрез на платье, а потом еще выше…

Я шумно вздохнул и поднял голову.

И встретился с потемневшим от желания взглядом.

Она хотела меня. И это пьянило посильнее наркотика. Что бы ни происходило между нами я был уверен в одном — и тогда, и сейчас она хотела меня. Не возможно было подделать такой взгляд. Учащенное дыхание. Запах возбужденной женщины.

Нет, не женщины.

Ее запах.

По которому я всегда сходил с ума.

Лифт тренькнул и открылся. А я едва подавил в себе желание закрыть эти створки и взять ее прямо здесь, на этом пушистом ковре. Под камерами системы безопасности.

Нет, это бред. Я никому не собирался показывать своей слабости.