Блестящая роль злодейки

— Эвелин… - наконец, начал он, но запнулся.

Я боялась, что он спросит меня про Адриана. Не хотела… Даже думать о нём.

— Спасибо, - наконец, произнесла чуть слышно, - ты… Вроде как, спас меня.

Гидеон пожал плечами. Разговор совершенно не клеился… Слишком тяжелые события крылись за ним.

— Как твоя рука? – я вспомнила про его травму. Да, точно, ведь тогда Деон был с ожогом…

— Намного лучше, - блекло улыбнулся принц, - тебе не нужно переживать.

— Я и не переживала… - невольно ответила, прикусив нижнюю губу, - Просто… Как ты получил ожог?

— Никак, - неожиданно резко нахмурился Гидеон.

Я даже слегка вздрогнула, вопросительно изогнув бровь. Он вздохнул и, всё же, спокойней ответил:

— Меня пытались… Отвлечь Кастурией.  Ожог – единственный способ прочистить сознание.

«Отвлечь»? Я хотела переспросить, но, внезапно, поняла: Адриан перестраховался. Конечно… Этого можно было ожидать.

— Ха… Кастурия, довольно редкая вещь. Из Монблана, так? Кажется, однажды, я что-то слышала о ней… Вроде… Твоя ма… - я начала рассеянно рассуждать вслух, но прервалась, когда осознала сказанное.

Гидеон горько усмехнулся, в то время как я испытала муки совести:

— Прости. Я просто слышала историю про дворянку из Монблана.

Опустив взгляд в пол, я знала, что сильно задела Гидеона, но он, неожиданно, ответил:

— Моя мать не была дворянкой. Она – бывшая принцесса Монблана.

— Что? – а вот об этом я даже не слышала.

Деон с усмешкой качнул головой:

— Её хотели выдать замуж за старика, а она увидела на балу молодого императора Тирида и… Посчитала его лучшей кандидатурой. Она использовала Кастурию, чтобы затащить его в постель. Но… Он уже был женат. И, какая жалость: невероятно любил императрицу.

Я впервые слышала об этом. История рождения Гидеона… Замалчивалась. Некоторые аристократы даже считали, что его мать – простолюдинка. Но реальная история куда грязнее.

— Император не женился на принцессе Монблана, - произнесла я задумчиво.

— Она забеременела и настаивала на том, чтобы её взяли второй женой, - хмыкнул Гидеон, - благо, законы Тирида это позволяли. В итоге: если принцесса родит сына, она станет женой. Но моя мать погибла при родах, так и не заняв выгодную позицию. Если бы не бабушка Жаннет – меня бы даже не признали ребёнком императора. Именно она настояла…

Третий принц прервался, касаясь пальцами собственных висков так, словно у него сильно болела голова.

В тот момент мы пили чай на балконе моих покоев. Стоял тёплый летний вечер. Но на душе было холодно и сыро.

Я встала, чтобы лично отдать распоряжения Вейн, а также с целью хоть ненадолго оставить Гидеона наедине с собой. Но, никак не ожидала того… Что третий принц просто заснёт в кресле на моём балконе.

Похоже: он мало спал и много работал всё это время.