Боссу не откажешь: маленькое счастье в нагрузку

Напечатать, дать высохнуть, подготовить пластик, а тут листа три полноценных, потом накатать, установить крепления! Да это минимум день!

— Поэтому и ушла Лика! — не унималась Кристина, сверкая негодованием в глазах. — Столько лет на вас пахать, а вы по достоинству не оценили её труд! — припечатала негодующе. — Дали бы повышение, она бы осталась, кем бы ни был её муж! И знаете что, — воинствующе подпёрла руками бока, — рисунки вашей дочери на унылых стендах гораздо живее и гениальней работы “вашей супер команды!”, - сделал характерный жест пальцами “кавычки”.

— Кравчик, — я уже не орал, но терпение держалось на волоске, поэтому голос вибрировал: — прочь отсюда!

Кристина шумно втянула воздух, словно дракониха, готовая меня спалить огнём, порывисто взяла Лерку за руку и гордой походкой, а вернее, лихо качая бёдрами, пошла на выход.

Продефилировала мимо, да так, что едва не протаранила плечом меня — и мне пришлось сдвинуться.

— Пап, — всхлипнула Тиранша, огромные глаза были запружены слезами, губы дрожали, на щеках мокрые следы.

На миг совесть что-то прошептала, но я её глас заткнул категоричным: дочь перешла все граница допустимого!

— Не сейчас, Валерия, — отрезал строго, устремив взгляд прямо.

Лерка носом шмыгнула:

— Прости, — голос до шепота скатился. Моё сердце бултыхалось и умылось кровью. Уж было погладил мелкую по голове, как одёрнул руку — не имел права показывать слабость даже перед родным человеком. Дочь должна понимать: хорошо/плохо, позволительно/недопустимо! И так воспитание хромало, хуже некуда. Шутки не детские, поведение порой вопиющее. Чуть что не так — неуправляемый ураган!

Девчонки ушли, а Сэм коробки оставил возле главного стола, но проходя мимо, остановился:

— Если уволите Кристину, и меня заодно, — не было в тоне пафоса и угрозы, констатация факта.

 — Потому что Кравчик права — вы может и крутой рекламщик, но людей не цените. И слепы!

Да он оборзел?! Уже было озвучил это и припечатал твёрдым: “Уволен!”, - как парень махнул на работу дочери:

— Лерка кудесница-чудесница. Она не угробила, она оживила ваш скучный проект на “отъебись”. Теперь он хотя бы заиграл…

Польски несколько секунд рассматривал творение моей дочери, а потом добавил:

— Вы сделали работу с позиции психологов и взрослых, а она… смотрит на мир глазами ребёнка.

И если проект для детей и о них… Это самое грандиозное, что могло случится в вашей компании за нулевой бюджет!

Саймон ушёл, спокойно приткнув за собой двери. Помещение погрузилось в тишину, я остался один на один с собой, совестью и работой дочери.

Стоял и смотрел… смотрел и прозревал!

Её любовь к многоцветию, солнышкам, сердечкам и бабочкам, божьим коровкам, деревьям и прочему… так выделялось на фоне задумки профессионалов.