Будь моей ведьмой

И тут до меня дошло, что кричала, оказывается, я! Причем громко, и на нас даже обернулась парочка, прогуливающаяся метрах в ста левее, и какая-то мамочка торопливо зашагала с коляской в противоположную от озера сторону — видимо, малыш спал, а тут я ору.

— Простите! — уже гораздо тише крикнула я.

Девушка остановилась, махнула рукой и тоже крикнула:

— Да ничего, все равно уже просыпаться время, второй час гуляем.

— А кто у вас? — не могла не спросить."

"— Девочка. — В голосе мамочки такая гордость проскользнула.

И вот я стою и улыбаюсь, и она тоже, и тут Стужев:

— А сколько вам уже?

— Семь, — ответила мамочка и рассмеялась.

Я поразилась вопросу, но это я.

— Третий месяц, — беззастенчиво соврал Саша и, обняв меня, разместил руку на моем испуганно втянувшемся животе.

— Ну, значит, скоро с нами гулять будете, — крикнула девушка. — Легких вам родов.

— Спасибо, — поблагодарил Стужев, у меня дар речи отказал напрочь, — а вам не болеть.

— Спасибо, — ответила наша собеседница и укатила с проснувшимся малышом.

А в воде кто-то булькал от смеха. Причем заливался просто-таки, запрокинув голову.

— Сашенька! — прошипела, едва сдерживаясь.

— Малыш, я просто беседу поддержал. А на счет беременности пока никак, Маргош, прости.

Странное дело — я обиделась. Моя сволочь всепонимающая обняла крепче и прошептала в ухо:

— Дома обсудим, если ты захочешь, я всегда за, только с уничтожением врагов поторопиться придется.

Ничего не ответив, просто положила ладони поверх его рук и постаралась скрыть счастливую улыбку. И меня очередной раз уносит куда-то в розовые облака, где светит ласковое солнышко, поют птицы и просто очень-очень хорошо и так отчетливо чувствуется тепло его прикосновений.

Из состояния счастливой эйфории меня вырвал ледяной голос Стужева:

— Я жду.

И сразу такое чувство, что я спустилась с небес на землю, причем в состоянии свободного полета и без парашюта. Бамц! И вот он парк, спокойные воды заросшего озера, где помимо нескольких бычков, смятых пачек от сигарет и пустой пластиковой бутылки плавает еще и жуткого вида водяной. Невольно вздрогнула, Саша просто крепче обнял.

Не заметивший нашего невербального общения водный монстр тяжело вздохнул и забулькал:

— Да по летнему зною о первом слухи дошли.

— Какие слухи?

Вопрос прозвучал тихо, но так, что я невольно поежилась.

Побулькав от чрезмерной задумчивости, водяной сообщил:

— Гибельники странные стали, на имена свои не откликались, словно и не они вовсе, да Гекаты алтарь порушили, а так, почитай, и ничего конкретного, хозяин.

Я после его слов на Сашу сразу посмотрела, но тот стоял совершенно спокойный. Как айсберг, ага.