Дракон коварный, одна штука

Прийти до того, как Янтарный дух уговорит иномирянку на очередное запечатывание каких-нибудь пещер.

Или предложит заплатить кругленькую сумму за возможность иметь потомство. И хорошо если со мной!

Как итог, я кивнул на Око и сказал в своей обычной манере:

– Ну давай, Харринтер. Вперёд. Чего встал?

Самозванка наконец дрогнула – побледнела, голова втянулась в плечи. Девица заколебалась, но всё же вышла вперёд.

Походка была размашистой и неестественной, это нарочитое подражание мужчине заставляло морщиться. А ещё вспомнился Нежный, который наоборот кокетливо вилял задом и двигался очень плавно.

Кстати, это виляние видели все новобранцы. Драконий хвост!

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Я заставил себя дышать и как мантру повторял мысль – с Алисой и её актёрством разберусь позже! Буду ужасно зол, но справедлив, и «милостиво позволю» иномирянке замолить свои «грехи». Ну а сейчас…

Элис добралась до лестницы, поднялась по ступеням и замерла. Её лицо я уже не видел, но поза выдавала высшее напряжение.

Леди… Каждая из них хотя бы раз в жизни задумывается о запрете на слияние, но все наши объяснения для них лишь теория. Только тот, кто сам прошёл путь, прочувствовал его на собственной шкуре, способен понять, насколько это подчас нелегко.

Нелегко и больно.

Первый контакт с Источником – это как повезёт, но все последующие, когда уже запускается процесс выбора сущности и притирки, сопровождается болью.

Непосредственное слияние – беспрерывная, выворачивающая боль в течение нескольких часов, и не все выдерживают. Своих птенцов я берегу, с момента моего назначения на должность директора у нас случаев помутнения рассудка не было, но в других школах это вариант не редкий.

Боль сводит с ума даже подготовленных мужчин, а что будет с женщиной? Лично я проверять не хочу.

Я бы и Элис не пустил, но сейчас речь о первом взгляде в Око, и он менее опасен. К тому же Элис точно не успокоится, а я жажду умерить её пыл.

Самозванка взошла по лестнице, остановилась, не доходя до Ока, и неожиданно развернулась к преподавателям.

– Я не могу! – воскликнула она басистым мужским голосом. – Я передумала! Я не готова и боюсь!

Мы с Форгином не удивились, а остальные переглянулись. Кадеты тоже загомонили, закрутили головами.

– Передума…ла? – переспросил кто-то.

– Не гото…ва? – добавил другой.

Я мог прекратить цирк, но предпочёл продлить. Фыркнул:"

"– Что значит «не могу»? Давай. Вперёд!

Элис побледнела ещё больше, замотала головой и быстро спустилась с возвышения.

– Нет! – изменённый голос сорвался на визг.