Будь моим первым

***— Смотри на меня, а не по сторонам, — тихо велел муж, когда мы с ним прибыли на этаж, на котором располагалась квартира мама, и я вцепилась в руку Швецова с такой силой, словно только она и могла удержать меня в вертикальном положении.

Я знала, что отца ещё не забрали. Мало того, пока полиция так и не приехала. Но как только мы оказались возле дома, где в квартире заперлась мама, отказываясь выходить, я выказала то единственно верное желание, которое могла озвучить в данной ситуации. Я должна быть с той, которая меня родила. И точка.

— Я смотрю… смотрю, — ответила, стуча зубами друга о друга.

Дима вёл меня за руку, глядя перед собой, а я, словно маленькая девочка, всматривалась в профиль мужа и едва не жмурилась от страха. И всё равно зацепилась взглядом за ноги отца, когда мы добрались до двери квартиры.

Кажется, здесь уже были зрители. Какая-то бабулька причитала, что в коридоре вновь кто-то напился и уснул. Мне было не до этого, я быстро открыла замок своим ключом, юркнула к маме и выдохнула только когда за мной зашёл Швецов и закрыл дверь.

— Остаться? Или побудете вдвоём? Я с ребятами могу подежурить, ментов дождёмся, — сказал Дима, и я повернулась к нему.

Маму я мельком заметила на кухне. Она сидела за столом, уставившись перед собой ничего не видящим взглядом.

— Побудем вдвоём… Спасибо, что решаешь все вопросы, — поблагодарила Швецова.

— Не стоит, малыш. И всё равно избавить Татьяну от дачи показаний не смогу. Попробуй сама пока выяснить, что стряслось. Нам надо понимать, есть здесь след Карташова, или нет.

Кивнув, я закусила губу и, выпустив, наконец, руку мужа, ответила:

— Я запрусь тогда. Страшно…

— Обязательно, — ответил Дима, крепко меня поцеловал и вышел.

Я закрылась на все замки, а потом направилась на кухню, не представляя, что говорить и делать, чтобы успокоить маму.

— Мамуль, — позвала тихо, и она вскинула на меня потухший взгляд.

Я знала, как сильно она любит отца. Несмотря на то, что он сотворил по отношению к ней, смерть папы стала для неё ударом.

— Кариш… Что же это творится?

Она поднялась мне навстречу, через мгновение мы крепко обнялись и стали рыдать. Я не верила в то, что случилось. Я словно попала в кошмар, из которого не представляла, как выбираться.

— Я пришла… а он вот так… сиди-и-и-т, — всхлипывая, стала рассказывать мама, когда я, усадив её за стол, устроилась рядом. — Сразу поняла — его уже нет в живых… Что же случилось? Его кто-то убил?

Я до боли закусила нижнюю губу. Ответа на этот вопрос у меня не имелось, но я очень надеялась, что Карташов не приложил к этому руку.

— Мы со всем разберёмся, мама, — заверила я её. — Дима рядом, мы ждём полицию. Сейчас я сделаю тебе чай.

Не обращая внимания на протест мамы, я встала и начала хозяйничать.