Чаща

Построили его в семидесятых годах, хотели, чтобы оно выглядело суперсовременно, но уже через три года после завершения строительства не вызывало сомнений, что оно отстало от архитектурной моды. Другим же зданиям, построенным из красного кирпича гораздо раньше, определенно не хватало увивающего стены плюща. Я припарковался на стоянке у юго-западного угла, посмотрел в зеркало заднего обзора и, перефразируя одну из песен Спрингстина, захотел сменить одежду, волосы, лицо.

Пересекая парк, миновал десяток студенток. Девушки выглядели симпатичнее, чем в годы моей учебы, но, возможно, мне так казалось из-за моего возраста.

Проходя мимо, я им кивал. Они мне — нет. На моем курсе был один тридцативосьмилетний парень. После школы он пошел в армию, вот и не получил диплом вовремя. Я помню, как он выделялся в кампусе: чертовски, чертовски старый. Теперь тридцать восемь исполнилось уже мне. Неудивительно, что молодые в упор меня не видели.

Я продолжал думать о пропасти между поколениями, чтобы отвлечься от цели моего приезда сюда. На мне была белая рубашка навыпуск, синие джинсы, синий блейзер, туфли из мягкой кожи от «Феррагамо» на босу ногу.

Без претензий, но достаточно модно.

Подходя к двери Армстронг-билдинга, я чувствовал, что дрожу. Одернул себя. Я же, черт побери, серьезный мужчина. Был женат. Отец и вдовец. А женщину эту последний раз видел еще в первой половине своей жизни.

Можем мы когда-нибудь повзрослеть?

В вестибюле я сверился с доской-указателем, хотя Люси и говорила, что ее кабинет на третьем этаже, с буквой «В» на двери. Так и было. Профессор Люсиль Голд, кабинет «3В». В кабине лифта мне удалось нажать нужную кнопку. А вот выйдя на третьем этаже, я повернул налево, хотя стрелочка на табличке показывала, что кабинеты от «А» до «Е» справа от лифта.

Наконец я нашел дверь. Из прикрепленного к ней листка узнал, в какие часы Люси читала лекции и вела семинары, а когда принимала студентов у себя в кабинете.

Дважды постучал. Как показалось, уверенно. По-мужски.

Господи, каким же жалким я казался со стороны!

— Войдите."

"От ее голоса у меня подогнулись колени. Я открыл дверь и на ватных ногах переступил порог. Люси стояла у окна. Солнце еще не зашло, и на нее, чертовски красивую, падала тень. Я застыл у двери.

Какое-то время мы стояли, разделенные пятнадцатью футами, ни один не решался сделать первый шаг.

— Как освещение? — спросила она.

— Не понял?

— Я никак не могла решить, что мне делать, после того как ты постучишь. Открыть дверь? Нет, слишком рано для крупного плана. Оставаться за столом с карандашом в руке? Посмотреть на тебя поверх очков для чтения? Короче, с одним моим приятелем мы все перепробовали. Он сказал, что вот так, у окна, я выгляжу лучше всего.

Я улыбнулся:

— Ты выглядишь потрясающе.

— Ты тоже.