Гражданская жена

Но все равно не удержался, чтобы не сказать гадость.

- Что значит, подъезжаю, где тебя носит до сих пор?

Веру аж передернуло от возмущения, она возвращалась всего-то на час позже! Но он продолжал гнуть свое:

- Почему ты возвращаешься так поздно? Рабочий день давно окончен.

- Потому что у меня были дела, - ответила она, подавляя приступ раздражения.

В трубке повисло звенящее молчание, его недовольство ощущалось кожей.

- Ты ради этого звонил? - спросила Вера."

"- Нет. - он перешел на деловой тон, но в интонациях сквозило пренебрежение. - Что за бумага пришла от тебя? Я не понял, чего твой Панкратов хочет? Он что себя мэром города возомнил или, как минимум, руководителем департамента, что приглашает на встречу?

Вера выдохнула и застыла, потирая переносицу. Все-таки встряла во взаимодействие, а избежать этого так хотелось... Но в следующий миг она уже по-деловому объясняла ему суть предложения, с которым намерена выступить их фирма. Он слушал, слушал.

- Твой Панкратов там не охренел? Фирма без году неделя, лезет в равноправные партнеры? Кому этот недоумок нужен?

А ей вдруг стало дико досадно и разом расхотелось объяснять что-то человеку, который желает слышать только себя.

- Ты волен принять или не принять предложение. Моей задачей было оповестить.

Опять молчание. Густое, тяжелое. Собралась уже отключиться, и тут он вдруг опять спросил:

- Почему так поздно, Вера?

- Тебя это как-то касается? - устало поморщилась она.

- Еще как касается. Мой сын...

- Дома не один, - опередила его Вера и отключилась.

Достало это все смертельно. А как представила, что с ним было бы, узнай, что она ходила с шефом в ресторан, захотелось вызвериться. Все настроение насмарку.

Вера чувствовала, что опять задыхается, потому ее снова душит обида. Зачем он это делает?  Сам же решил, что их отношения изжили себя. Так зачем названивать сейчас, устраивать нелепые допросы и трепать ей нервы?

Надо уже как-то закрыть тему бессмысленного контролирования. Они теперь чужие люди.

***

Честно говоря,услышав ее голос в трубке, да еще эти слова:

- Я уже подъезжаю, минут через десять буду.

Забыл зачем вообще звонил. У него аж в горле стиснулось, стоило представить, что она тоже вот так... после работы задерживается, и кто-то вот также запускает лапу в ее волосы рыжие.

Ну да, он позволил себе лишнее. Нервничал. В конце концов! Он же о ней беспокоился и о сыне. Обидно, что его забота воспринимается в штыки. Ощущение, что Вера его постоянно старается отбортовать, было досадно и оскорбительно.

А вот возня, затеянная Панкратовым, Александру совсем не нравилась. Казалась подозрительной. Он мутный тип и много на себя берет. Слишком много, как бы не подавился.

Панкратов вообще вызывал у него глухую неприязнь беспричинно. На чистой интуиции. Враг.