Черная моль

Дороги оказались даже хуже, чем предполагал Ричард, дважды карета едва не перевернулась и бессчетное число раз застревала в грязи, что причиняло пассажирам значительные неудобства. Сам Карстерс ехал верхом рядом с громоздким экипажем, где разместились жена, ее служанка, маленькая собачонка и бесчисленные коробки и свертки. Несмотря на частые остановки, он находил путешествие вполне сносным, поскольку Лавиния пребывала в отличном настроении и встречала каждую из поломок и остановок жизнерадостным смехом и каким-нибудь остроумным замечанием.

Даже когда каминная труба в ее спальне во время остановки на постоялом дворе вдруг начала отчаянно дымить, она, вопреки опасениям Ричарда, вовсе не впала в ярость и не стала требовать уехать в ту же секунду, но, посидев немного с кислым видом, заявила своему дорогому Дики, что он может спать в ее комнате, а уж она, так и быть, перейдет в его.

Тогда утром она найдет его подсушенным и насквозь прокопченным! В таком радужном настроении она спустилась с ним к обеду, сочла, что куропатки просто отличные, пирог с мясом вполне отвечает самым изысканным требованиям французской кухни, а вино — просто поразительно сносное для такой дыры, и весь вечер веселила мужа милыми ухаживаниями, пока не пришло время ложиться спать.

Продвигались они медленно — не только из-за плохих дорог, но еще и потому, что стоило ее светлости заметить на обочине какие-нибудь дикие розы, как она тут же непременно должна была остановиться и их сорвать. Совершив это, она рука об руку с мужем прогуливалась вдоль дороги, причем он вел лошадь под уздцы, а карета тащилась сзади. Все это выглядело весьма идиллично, и Ричард был на седьмом небе от счастья.

Прибыв, наконец, в свой дом на Мейфэар, они обнаружили, что слуги, значительно их опередив, приехали неделей раньше и даром времени не теряли. Никогда, заявила Лавиния, их дом не выглядел так замечательно, таким новеньким, уютным и чистым, словно с иголочки. Паж-негритенок преподнес ей маленькую обезьянку, которая кланялась, скалила зубы и бормотала нечто вроде: «Хозяин дома!»

Леди Лавиния бросилась обнимать и целовать своего Дики. Как это он догадался, что она просто мечтала об обезьянке? Наверняка она упомянула об этом своем желании пару раз.

Да он просто лучший из мужей на свете! И танцующим шагом, в полном экстазе и восторге, она удалилась в свои апартаменты."

"Beau monde[23] возвращался в город, и несколько дней спустя, когда Карстерс отвез жену в Рейнло, в садах оказалось полно гуляющих и вокруг царило веселье. Было еще светло, но с деревьев свисали лампочки, скрипачи играли почти без передышки, взлетали фейерверки, беседки были свежеокрашены, а главный павильон так и сверкал огнями.