Чертовски неправильное свидание

Нас накрыло волной тишины, которую прерывал только бешеный стук моего сердца.

Вот. Вот как ощущается ярость. Вот как ощущается настоящая ненависть, та, что может поглотить всю твою жизнь, не оставив тебе ничего больше.

Не говоря ни слова, я, пошатываясь, пошел из спальни в ванную, согнулся над раковиной и, почувствовав подступающую к горлу желчь, блеванул.

С новым приступом тошноты во мне все сильнее закипал настоящий, первобытный, ужасный гнев.

Я убью его. Отрежу член и засуну ему в глотку.

А затем убью его.

Я выпрямился и встретился глазами с безумным мужчиной в зеркале, которого едва мог узнать.

С ревом я набросился на него, мой кулак впечатался в собственное отражение. Боль пронзила руку, когда разбилось зеркало, кровь брызнула на стекло.

Я был рад боли, наслаждался ей.

Хотя ничто не могло перебить то, что я чувствовал теперь, зная, что сделали с Оливией.

Я склонился над раковиной, с трудом сдерживая рвотный позыв. Через мгновение осознал, какой я тупой осел, что практически бегом отправился в ванную сразу после того, как она рассказала мне о такой сложной ситуации.

Черт.

Я вбежал в спальню, и меня охватило облегчение, когда увидел ее там.

Обойдя кровать, я подошел к ней. Когда увидел текущие по ее прекрасному лицу слезы, почувствовал внутри дикую боль. Слезы застилали мои глаза. Я рухнул на пол перед Оливией, моя грудь вздымалась от попыток сдержать бушующие внутри меня эмоции.

– Ангел… – Мой голос был хриплым и дрожащим от слез и подавляемых эмоций. – Клянусь, я заставлю его заплатить за то, что он сделал. Я порву его на части, пока от него не останется ничего, кроме пыли и пепла.

Она уставилась на меня, ее взгляд… был растерянным.

– Что?

– Я давно прорабатывал план по уничтожению их обоих. Я достану их, обещаю.

Оливия вздохнула.

– Не давай обещаний, которые не сможешь выполнить, – прошептала она безжизненным голосом, заставившим меня вздрогнуть.

Я встал и осторожно подошел к ней, боясь, что этот разговор вызвал каких-то призраков прошлого в ее сознании. Когда я оказался совсем близко, она не вздрогнула и даже не отодвинулась.

– Я сдержу это обещание, – сказал я и нежно положил ладонь на ее подбородок, чтобы не дать ей отвести взгляд.

Больше пустоты во взгляде Оливии не было, великолепные золотистые глаза наполнились слезами.

– Как ты можешь прикасаться ко мне, зная, что… что он сделал? – она всхлипнула.

– Что? – перепросил я, не веря своим ушам. – Как что-то, что этот ублюдок сделал, может изменить мои чувства к тебе?

– Потому что теперь ты должен понять, насколько я слаба! Я позволила им помыкать мной каждую секунду своей карьеры. Я позволила им подсадить меня на анальгетики. Я позволила ему издеваться надо мной. Я позволила ему изнасиловать меня.