Шатун

— Легенды есть, — вздохнула Хизарат. — Еще от много раз бабки моей осталась.

— От много раз бабки? — не понял лейтенант. — Это в смысле прапрабабки?

— Да, так, — кивнула женщина.

— И о чем та легенда?

— Все не знаю. Помню только, что этот бог мог умирающего человека спасти, в другое место его унеся. Но перенести можно только живое. Ничего мертвого не переносится. Потому я и нашла тебя голым. Как увидела, сразу поняла, кто ты.

— Постой. А как же осколки в моем теле. Разве это не ты их вынула?

— Нет. Не был никакой осколки, — решительно мотнула женщина головой.

Шатун давно уже заметил, что ее акцент усиливается, когда хозяйка начинает волноваться. Так было и теперь. Качнув головой, Шатун вздохнул и, засучив рукав, ткнул пальцем в один из шрамов:

— Хизарат. В каждой этой ране был маленький кусочек железа. Это они оставили все эти раны. И они должны были остаться внутри. А теперь ты говоришь, что в ранах ничего не было. Как так?

— Сказала же, — чуть скривилась женщина. — Не был никакой осколки. Ты как меня слушал? Ничего мертвый перенести нельзя. Только живой. Ты живой был. Бог тебя перенес, но все мертвое там оставил. Я только чистый рана лечила. Ты пока полз, немного трава и земля попал. Но это не страшно. Я такой рана легко лечу.

— Да, знаю, — быстро кивнул Шатун. — Но я так и не понял, где оказался. Что это за земля?

— Кавказ, — пожала женщина плечами. — Не ищи ничего. Лучше свой место на этой земле найди, — тихо посоветовала она. — И помни. Пока ты в мой дом, тебя никто не тронет. Я не дам. Но там, — она кивнула куда-то в сторону, — ты будешь сам. И тогда все может случиться. Ты раньше кем был?

— Воином, — автоматически отозвался Шатун и тут же прикусил язык, мысленно ругая себя за невнимательность.

— Хорошо, — кивнув, улыбнулась Хизарат. — Значит, себя защитить можешь.

— Могу, но без оружия это будет трудно, — быстро добавил Шатун, найдя еще один способ хоть как-то определиться с местом положения.

— Подумаю, — кивнула женщина, подвигая к нему миску с похлебкой.

* * *Странная кавалькада заставила Шатуна закончить тренировку и, перемахнув невысокий плетень, по мчаться к ручью. Гостей нужно встречать готовым ко всему. Тем более что в этих местах не принято было сверкать голым телом, если ты не стираешь одежду и не собрался мыться. Быстро смыв с себя пот и пыль, Шатун натянул на влажное тело домотканую рубаху и, перетянув ее поясом, отправился обратно.

Пробравшись на задний двор, он прислушался к голосам у ворот и, обрадованно усмехнувшись, решительно шагнул за угол. Но уже на следующем шаге и сам Шатун, и приехавшие растерянно замерли. Десяток казаков, таких, как их показывали в фильмах, замерли с ладонями на оружии, оглядывая неизвестного парня внимательными, настороженными взглядами.