Шатун

Все еще пытавшийся оттащить медведя цыган испуганно охнул, втянув голову в плечи, и Шатун, недолго думая, отвесил затрещину и ему, при этом рявкнув на весь ресторан:

— Оставь зверя в покое, морда! Раньше думать надо было, когда голодом его морил.

Мелькнув щегольскими хромовыми сапогами, начищенными до зеркального блеска, горе-дрессировщик перелетел через соседний стол и, грохнувшись на пол, заскользил в сторону своих соплеменников. Скрипка в руках музыканта издала противный взвизг, и в зале повисла тишина, нарушаемая только чавканьем медведя, продолжавшего поедать очередное блюдо со стола.

Троица молодых цыган, быстро переглянувшись, шагнула вперед, и Руслан, одним движением выхватив из кобуры револьвер, плавно взвел курок. Этот щелчок в повисшей тишине прозвучал словно выстрел. Увидев оружие, цыгане стушевались. Похоже, людьми они были опытными и повидали всякое. Так что появление револьвера восприняли правильно. Хрен его знает, этого неизвестного, так небрежно раздающего пощечины. Может, ему коньяк в голову ударил. Начнет палить, беды не оберешься. Да еще и рожа у него такая, что без содрогания не взглянешь.

— Эй, кто там! — окликнул Руслан официантов, прятавшихся за дверью кухни.

— Чего изволите, сударь? — робко высунувшись в зал, осведомился обслуживавший их половой.

— Принеси зверю мяса кусок, да побольше. А нам с графом блюда замени. Счет потом вот этим отдашь, — приказал Шатун, небрежно помахивая револьвером и словно невзначай указывая им на гулявшую толпу.

— А вы, сударь, не много ли себя позволяете? — послышался голос, и из кучки замерших купцов выступил молодой, крепкого телосложения мужчина.

— Желаете мой приказ оспорить? — ехидно поинтересовался Руслан, поигрывая револьвером.

— Ну, оружием грозить любой умеет. А вы в честной драке попробуйте, — не тушуясь, предложил купец, сжимая жилистые кулаки.

— С тобой, что ли? — иронично поинтересовался Руслан. — А не пожалеешь?

— Как бог даст, — пожал купец плечами.

— Место освободите, — скомандовал Шатун, пальцами спуская курок и убирая оружие в кобуру.

Цыгане бросились убирать столы, а купцы оживились, весело поглядывая на парня.

«Понятно, — хмыкнул про себя Руслан. — Первый кулачный боец на праздниках. Посмотрим, чего ты стоишь».

— Не желает ли кто-нибудь пари, господа? — подлил масла в огонь Рязанов, доставая портмоне.

Купцы оживились еще больше и осторожно потянулись к столу, опасливо поглядывая на медведя, продолжавшего подъедать пищу с тарелок. Бросивший вызов купец не спеша снял пиджак, или сюртук, как оно правильно, Руслан пока не разобрался, и принялся расстегивать жилет. Глядя на его приготовления, Шатун только хмыкнул и, выйдя на середину освобожденного от столов пятачка, замер, сложив руки на груди.