Исцели меня

— Соврал, — как ни в чем не бывало бросает Глеб и выходит из комнаты. А через минуту возвращается с горкой постельного белья.

— Так что с Варей? — осторожно интересуюсь я, наблюдая за тем, как он вытаскивает одеяло из пододеяльника.

— Понятия не имею, я в этом не разбираюсь, — хотелось бы съязвить, что хоть в чем-то он профан, но следующая фраза меня добила. — Ее забрали в клинику.

— Как забрали?!

— Пришли дяди в белых халатах, осмотрели ее и эвакуировали из ванной на специальной носилке, — как всегда спокойно произнес Бестужев, не смотря в мою сторону. — Вот так и забрали. Подлечат и вернут назад. Не волнуйся, можешь ей позвонить, — убирает простыню с кровати. — Хотя, наверное, не сейчас, а чуть позже. Я потратил впустую десять минут жизни на поиски постельного белья. Совершенно не продумано место для его хранения.

— Зачем ты меняешь все белье?! — раздраженно бросаю я, смотря на то, как ловко Бестужев заправляет постель.

— Потому что новая простыня не подходит к старым наволочкам и пододеяльнику. Если можешь сделать красиво и гармонично — сделай. Я — могу, — эстет, блин. — Как ты понимаешь, мои планы несколько поменялись, — быстро переводит тему, мельком взглянув на меня. — Останусь здесь до тех пор, пока Варя не вернется.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍- Нет. Мне нужна другая помощница на время отсутствия Вари!

— Я помогу тебе сам. Ущемлять твои права и ставить тебя в неловкое положение, я не буду. Не переживай.

— Знаешь что, иди ты в задницу. Я сказала мне нужна помощница. Женщина, не мужчина. Я понятно объясняю?! — если еще пару минут назад я думала о том, что замерзла, сейчас я про это забыла, просто потому что я в самой настоящей панике. Да, сейчас мне хорошо. У меня ничего не болит, и я могу сама справиться с тем же туалетом, но кто знает, что будет с моей головой завтра? Да и как я в целом без Вари? Черт!

— Я понимаю, что в силу твоего возраста тебе свойственна импульсивность, но попробуй употреблять меньше слов с выраженной негативной окраской.

— Чо?

— Не посылай меня в задницу, вот чо. Я ведь тоже могу вести себя не самым лучшим образом. Оно тебе надо, Соня? — взбивая подушку, все так же невозмутимо интересуется Глеб.

— А ты веди себя не самым лучшим образом. Я буду только рада, если ты покажешь свое истинное лицо."

"— Это и есть мое истинное лицо. А если бы я притворялся тем, кем не являюсь, после посещения оперы я бы навешал тебе такой знатной лапши на уши и так тебя обработал, что максимум через неделю, ты бы уже делила со мной постель. Добровольно, конечно. Все, Сонь, давай жить дружно, я, правда, устал. У меня не было в планах провести вечер вот так.