Чужой

Наши это, партизаны долбаные.

– Встать не можем, ранены, сами виноваты, – сказал я, уже успокаиваясь.

А через пару минут нас окружили бойцы и даже сначала не поняли, где мы сидим. Темно, они кабину и кузов под прицелом держат, а мы-то под машиной. Мы с Аленкой переглянулись, и я брякнул:

– Вот же дурачье, я бы уже половину из вас снял, а вы меня даже не видите. – Партизаны где стояли, там и залегли. – Да вставайте, не собираюсь я стрелять, сказал же, свои!

Встреча на Эльбе… Ну, то есть в лесу, состоялась. Видимо, командиру этого подразделения надоела возня, и он вышел вперед и назвался. Мы ответили, и бойцы тут же подбежали к нам и наставили оружие на наши тушки.

– Кто такие? – голос был требовательным, но не злым.

– Сказал же, свои, – сплюнул я, – разведка…

– Пароль?

– Ага, тебе какой, полугодичной давности сойдет? Нет у нас, ребята, пароля. Ведите в отряд, нам связь нужна. Очень срочно, у нас пленные. Срочно нужен вывоз их к нам в тыл, просто очень срочно.

– Это не тебе решать, – командир, сейчас я его разглядел немного, высокий, в ватнике и шапке, с ППШ в руках, повернулся к своим людям. – Осмотрите кузов."

"– Нет, уважаемый, решаю здесь именно я, – я поморщился, – без меня вы ничего тут не тронете. Если не хотите бойцов по округе собирать. Там две гранаты на борту, хрен снимете.

– Давай тогда сам показывай!

– Побежал уже. Вы, гады, чуть нас обоих на тот свет не отправили, подожди, сейчас встану…

Я медленно поднялся, летчица помогла. Боль в руке разгоралась и становилась все сильнее. Рука немела, пальцы почти не слушались. Подойдя к кузову, я аккуратно откинул тент, показывая партизанам фашистов.

– Вот документы, – показал я бумаги фрицев, – только из моих рук. Вы немецкий знаете? Тогда чего ручки тянете? – ехидно издевался я.

– Не умничай, сообразим, – командир отвернулся к своим и отдал какие-то распоряжения.

– Убедились? – вновь подал голос я.

– Ваши документы! – Аленка передала свои, я же стоял не двигаясь.

– А твои, герой? – с ухмылкой посмотрел на меня командир партизан. Молодой, кстати, лет тридцать всего.

– Откуда они у меня? Немецкие есть. Свои настоящие в части.

– Стало быть, ты у немцев служил? – посерьезнел командир. Что непонятно, всегда настораживает.

– Этого вам знать не нужно. Отведите в особый отдел, если такой есть. Если нет, дайте связь. Могу синим платочком помахать…

– А сразу нельзя было сказать? А то не знаю пароль! – упрекнул меня командир. Это был пароль общий, мне его комиссар партизанского отряда сообщил, на всякий случай. Это когда они мне Левитина вызвали прямо к себе в отряд.

– Да забыл, если честно.

– Ну, здарова тогда! – командир протянул мне руку. – Не злись, тебя еще вечером заметили, пока в отряд сообщили, пока сюда прибыли, ночь наступила.