Дар берегини

Ельга, еще недавно думавшая с недоверием, «разве могу я быть как Улыба?», теперь с удивлением понимала: да ведь Улыба, наверное, была совсем как я! Посвященная богам, сестра Щека лет с двенадцати обитала на Девич-горе и мало что видела помимо нее; она жила как в заточении, пока не появился с левого берега Кий с дружиной и не пожелал взять их – деву на горе, и землю Полянскую вместе с ней. А дев Улыбиной дружины отдал в жены отрокам своим.

Но Ельга не ждала никакого Кия. Свое право она намеревалась сохранить если не для Свена, то для его детей – тех, которые родятся у него от женщины высокого рода.

Прошло дней шесть, как Свен уехал в Чернигов. Ждать его назад скоро не следовало, и, услышав, что сверху по Днепру прибыл спешный гонец, Ельга встревожилась: что такое? Уж не напал ли на брата кто по пути? Ведь у него два десятка, и если древляне вышли из своих земель к берегу реки и подстерегли его… Ее облило ледяной дрожью, так что сердце едва не остановилось. Не чуя под собой ног, Ельга прошла в гридницу, заставила себя сесть на место перед пустым пока престолом и только потом спокойно оглядеться в поисках гонца.

– Будь жива, госпожа! – Ей поклонился обычного вида отрок, курносый, скуластый, ничуть не похожий на вестника Мары.

Вид у него бы не так чтобы огорченный, напротив, померещилось, что он едва не подмигивает.

– От кого ты? – стараясь, чтобы голос не дрожал, едва вынося последние мгновения неизвестности, спросила Ельга. – Откуда?

– Из Любеча я. Боярин Торстен меня прислал. Передал весть радостную.

– Радостную?

В мыслях Ельги мигом возникло: внезапно умер Житимир в Искоростене, и древляне решили принести киянам клятвы покорности… Беспокоилась она только о древлянах, и ничто другое ей на ум не пришло.

– Приехал от верховий князь Ингер, Хрориков сын, с женой и дружиной. Отдыхает у Торстена, через день-другой в Киев тронется.

– К-кто?

Ельга хорошо расслышала слова отрока. Она помнила, кто такой Ингер, Хрориков сын. Но заботы последних месяцев так прочно заслонили былое ожидание, что она совсем забыла о нем. Она так привыкла к мысли, что отстаивать землю Полянскую и править ею придется им вдвоем со Свеном, что Ингеру не находилось больше места в ее мыслях.

А он приехал… Если сейчас он в Любече… или уже выехал… дороги три дня, не более… Через день-другой он будет здесь.

– Князь Ингер, с женой и дружиной, – повторил отрок.

– Что он… здоров? – сама себя не понимая, спросила Ельга, чтобы что-нибудь сказать и по возможности скрыть свои чувства.

– Устал с дороги, говорит, два месяца же из Холмогорода добирались. А так здоров, бодр. Очень, говорит, желает поскорее добраться. Мешкать не станет. Видно, уже и едет. Я, может, на день-другой его опередил.

– Отдыхай, – выдохнула Ельга.