Деревенское счастье опера Морозова, или операция Женить папу

– Не стоит…

– Я… не хочу, чтобы ты думала, что для меня Катя значит больше, чем то, что уже прошло, – тихо, но твёрдо сказал он, не отводя от меня взгляда. – Она давно ушла из моей жизни, и для меня теперь важна только ты.

Он чуть поколебался, но, заметив мою реакцию, решительно добавил:

– Таня, я не хочу быть ни с кем, кроме тебя. Ваня. Тебе привык и… и я привык.

Эти слова подействовали, как разряд тока. Я почувствовала, как что-то тёплое распахивается внутри, и на губах невольно появилась улыбка.

Правда, вслух я сказала другое:

– Пока тут твоя жена, между нами ничего не может быть, Жень. И ещё, я кое-что слышала от Вани. Полагаю, тебе нужно об этом знать.

Глава 33

Женя был в ярости.

Не знаю, что происходило в его голове, да и спросить я не успела, потому что мужчина крепко меня обнял и отправился домой, не сказав ни слова.

Полагаю, страшно осознать, что женщина, которую ты когда-то любил, ведёт себя вот так, руша то, что ты столько лет по кирпичику выстраивал…

В любом случае я не могла вмешиваться… Это всё он должен решить сам…"

"Вечер прошёл тихо. Из окна я видела, как Ваня прыгал по двору, играя с собакой, а потом, уже к сумеркам, а потом отправился домой… Жени видно не было, и мне оставалось лишь надеяться, что всё нормально, но переживала я за ребёнка просто люто.

Когда я утром примчалась на работу, первым делом высматривала мальчика среди ребят и с огромным облегчением выдохнула, увидев, что он в порядке и даже улыбается.

Уроки шли своим чередом, и я даже отметила, что теперь класс ко мне практически благосклонен. Никто не пытался срывать урок, даже тест почти все написали идеально, то не могло меня не радовать.

Но в одну из перемен произошло нечто ужасное…

Я стояла, облокотившись на подоконник около учительской, как вдруг в коридоре заметила Катю, направлявшуюся к Ване, который стоял в стороне от других учеников.

Женщина шла уверенно, с выражением полного негодования, и я сразу напряглась, видя, как Ваня явно занервничал, увидев мать.

– Ванечка, хватит строить из себя маленького несмышлёныша, – услышала она громкий голос Кати. – Почему ты убегаешь от меня? Я твоя мать, и никто другой не может о тебе позаботиться, как я.

Ваня молчал, видимо, совсем не зная, как ответить. Он лишь растерянно оглянулся, словно в поисках поддержки и тут… встретился взглядом со мной.

Он сделал шаг в мою сторону, и я, уже не колеблясь, подошла к мальчику. Ваня тут же схватил меня за руку, крепко прижимаясь, словно я его спасательный круг.

– Ваня, что это значит? – холодно произнесла Катя, сверкая глазами. – Ты, кажется, не понимаешь, с кем тебе стоит общаться.

– Простите, но, кажется, это вы не понимаете, – голосом, полным внутреннего огня, ответила я. – Ваня сам выбирает, с кем ему общаться. Это его право.