Дядя самых честных правил 6

Юноша уже мог ходить сам, но сестра всё равно придерживала его за руку.

— Отвезти вас в Москву на ваше подворье?

— Н-нет. Лучше в усадьбу, в Кузьминки.

Ехать оказалось не так далеко, вёрст десять, не больше. Всю дорогу Николенька молчал и только в усадьбе, прощаясь, сказал:

— Вы спасли меня, Константин Платонович. Могли не вмешиваться, проехать мимо, но спасли.

— Вчера я вам говорил уже: я вам не враг.

— Вы даже больше чем друг, Константин Платонович. Никто другой не сделал бы для меня такого. У рода Голицыных нет и не будет к вам никаких претензий. Я ваш вечный должник и готов…

— Потом. Выздоравливайте, решайте дела со своим родом, а уже после будете благодарить. И постарайтесь не умереть ещё раз, а то все мои старания пропадут впустую.

Он рассмеялся через боль и пожал мне руку.

— Обещаю, что буду стараться изо всех сил.

* * *"

"По дороге в Злобино Киж молчал, но на следующий день его прорвало.

— Константин Платонович, я служу вам верой и правдой и стараюсь не лезть со своими советами. Но сейчас не могу вам не сказать: зря вы вчера так поступили с Голицыными.

— И что же я должен был делать по-твоему?

— Не вмешиваться вовсе, если хотите знать. Это их семейные дрязги, пусть сами бы и разбирались. Голицыны ваши враги, значит, надо было посмотреть, как они уничтожают друг друга.

— Из того что я увидел, Дмитрий Иванович, этот их дядя даже хуже своего брата. Кто знает, чтобы он выкинул, найдя бумаги обо мне.

— Ну тогда надо было… Кхм… Убрать всех, коли вмешались. И мальчишку, и его сестру, чтобы не оставлять свидетелей. Голицыны вас обманули раз, обманут и другой.

— Я хоть и некромант, но не убийца детей.

— Послали бы меня! Сам всё сделал, чисто и аккуратно.

— Дмитрий Иванович, я поступил так, как велела мне честь. Софья ничего дурного мне не сделала, скорее наоборот. А её брат ещё мальчишка, мало понимающий в жизни. Убить? Это проще всего. Гораздо сложнее сделать их если не друзьями, то хотя бы добрыми знакомыми.

Киж насупился и отвернулся, всем своим видом не одобряя мой поступок.

— Жизнь штука сложная, Дмитрий Иванович. У меня и так хватает недоброжелателей. Тебе мало, что на меня кинулся этот дурак Девиер? Если бы не Шереметев, ещё не понятно, как дуэль повернулась бы. Ты сам видишь — император ко мне испытывает неприязнь и его клевреты пытаются добыть мою голову.

Мертвец вскинулся.

— Константин Платонович, а может, я тогда в Петербург съезжу? Проберусь во дворец, один взмах палаша — и все проблемы решены.

— Ты случаем не заболел? Жара нет?

— А что такого? Подкараулю в коридоре…

— Дмитрий Иванович, я тебя очень прошу, даже не думай.

— Почему⁈

— Во-первых, ты не помнишь, как ходил к моему соседу? У которого амулет против мёртвых обнаружился?

— Случайность.