Для кого цветет лори

Только бы добраться… Звук удара и противный хруст заставили ее обернуться. Правая рука аида повисла плетью, на черной ткани расплывалось пятно.

– Вот и сочлись, – ласково сказал Итор. – Продолжим?

– Несомненно, – процедил Ран. Он чуть отклонился, пошатнувшись, и советник рассмеялся. Но смех застрял в горле, когда в его плечо вошел нож. Тот самый, что Ран выдернул из стены, там, где стояла прикованная раяна. – Что замолчал? Стало не смешно, Анрей?

Советник перекинул цепь в забинтованную ладонь, замахнулся… И зарычал, потому что Лавьер упал, придавливая цепь своим телом, и тут же вскочил, с силой дергая на себя. Советник покатился по полу, а Лавьер с хрустом вогнал ногу в обитом железом сапоге ему в живот. Ребра хрустнули с таким ужасным звуком, что Оникс затошнило и она прислонилась к стене, пытаясь отдышаться.

Ран вдавил колено в грудь Итора.

– Я ведь говорил, что сильнее тебя. Всегда был и буду. Тебе стоило просто запомнить, – он поднял голову, посмотрел на сжавшуюся в углу девушку. – Оникс. Иди наверх.

Она мотнула головой, не в силах подняться.

– Оникс. – Ран смотрел на нее пугающими черными глазами. – Иди.

Она прижала ладонь к губам, по стеночке передвинулась вбок. Мужские взгляды провожали ее. Светлые, почти белые глаза Итора. И темные, слишком темные – Лавьера. В первых было понимание и что-то еще, чего Оникс не распознала. Возможно, обреченность. В других не было ничего. Лишь бездна.

Последнее, что она увидела, – это как извернулся Итор, ударяя ногами Рана в бок и перекатываясь в сторону.

Она поднялась, заметалась по комнате. Оружие! Ей надо хоть что-то! Схватила кувшин, швырнула в стену, подобрала острый осколок. Внизу что-то упало, потом раздался короткий придушенный крик, переходящий в вой. Снова упало. Хлопнула входная дверь.

Оникс трясло. Она обхватила себя руками, пытаясь сдержать эту дрожь, сглатывая горькую слюну. Тошнота вновь подкатила к горлу. Больше в комнате не было ничего подходящего, и девушка вновь метнулась к двери, зажимая свое нехитрое оружие в ладони.

– Ран!

Она остановилась так резко, что чуть не упала, и прижалась спиной к углу массивного шкафа, с ужасом глядя на аида. Наверное, так выглядели демоны архара – в крови убитых, с бесстрастным лицом, с темнотой в глазах.

– Надо уходить, Оникс.

Он не шевелился, рассматривая девушку из дверного проема, привалившись плечом к косяку.

– Пойдешь по дорожке вдоль скалы, там Кристиан. Он тебе поможет.

– Что?

– Оникс. Надо уходить. Скалы дрожат, я боюсь, что может случиться обвал.

– Обвал? – она не понимала. Слова доходили словно сквозь вату. Ей хотелось кричать, топать ногами, броситься на него с кулаками. Хотелось выплеснуть всю ту горечь и боль, что шевелились внутри, словно змеи в гнезде. Хотелось что-то сказать. Важное.