Дом сестер

 — Это такой шок… — Ее голос оборвался. Она с трудом подавила в себе слезы. Если сейчас расплакаться, это будет продолжаться не один день. — Я пойду вниз, посмотрю, как там Джордж.

— Джордж?!

— Я привезла его. Мы с Элис забрали его из лазарета во Франции.

— Джордж здесь! — На лице Виктории отразилось облегчение. По ней было видно, что она ждет от своего старшего брата утешения и помощи — того, что она не надеялась получить от сестры с ее раздраженным жестким голосом и холодными глазами.

Но Фрэнсис разрушила этот лучик света во тьме.

— Джордж очень болен. Его ни в коем случае нельзя ничем обременять, ты слышишь? Он ничем не сможет помочь, он сам нуждается в помощи!

— Что с ним? — спросила Виктория, широко раскрыв глаза.

— Джордж получил серьезную психологическую травму, — объяснила Фрэнсис, а потом стала описывать все, что означали два года фронта со всем его ужасом. Вскоре она остановилась. На милом кукольном личике Виктории появились испуг и непонимание. В ее защищенном мире, состоявшем из прогулок в парк Дейлвью, из долгих вечеров за книгой у камина и из периодических визитов других женщин, чьи мужья служили во Франции, не было места для представления о том, что такое война.

Ближе всего Виктория соприкоснулась с войной, когда в Лондоне принимала участие во встречах патриотических дамских обществ, в которых вязали чулки для участников войны и сматывали перевязочный материал. Кто-то при этом играл на фортепиано, подавались кофе и печенье, а приятная беседа поддерживалась последними сплетнями.

«Как она может это понять, — с презрением подумала Фрэнсис. — Она ведь ничего не испытала. Совсем ничего!»

Комната наполнилась влажным холодным воздухом.

"— Это страшно, — посетовала она. — Почему все это обрушилось на нашу семью? А Джордж… он не совсем в себе?

— Он полностью погружен в свои мысли. Ему требуется сейчас очень много любви, покоя и понимания. — Поймет ли он вообще, что умерла его мать?

Фрэнсис сделала над собой усилие. Она не могла вечно стоять здесь и смотреть на Морин. Нужно проверить, как там Джордж и отец.

— Ты останешься здесь на ночь, Виктория? — спросила она.

Сестра кивнула.

— Я бы хотела остаться с мамой.

Фрэнсис издала злобный звук.

— Это ведь никому ничего не даст. Ложись лучше в постель. Ты выглядишь совершенно серой от переутомления!

— Я хочу быть с мамой, и я это сделаю, — возразила Виктория непривычно резко. Фрэнсис еще никогда ее такой не видела.

Неожиданно для самой себя она сказала:

— Как хочешь, — и вышла из комнаты.

Джорджа внизу уже не было. Фрэнсис огляделась. Вдруг в дверь кухни просунулась голова Аделины.

— Мистер Джордж здесь, у меня, мисс Фрэнсис, — сказала она. — Я варю ему прекрасный горячий суп.