Дом сестер

Но — много работы… Если я не буду принимать в ней участие, то мы не сможем содержать ферму.

— О… я не обратил внимания на твои руки, — ответил Джордж рассеянно. — А что ты вообще имела в виду?

— Ничего. Всё в порядке.

— Как твои картины, Джордж? — подхватила разговор Элис.

Он пожал плечами:

— Сейчас очень яркий свет. Не годится для работы.

— Но ты еще рисуешь?

— Да.

— Ты что-нибудь продал в последнее время? — спросила Фрэнсис.

Джордж покачал головой.

— Уже давно ничего.

Ему, похоже, это было безразлично. Фрэнсис знала, что он не прилагает никаких особых усилий, чтобы продать свои картины или просто обратить на них чье-то внимание.

Тем не менее иногда тот или иной заинтересованный путник находил дорогу к его коттеджу, расположенному в полном уединении на широкой, голой равнине, высоко над морем. В деревнях на восточном побережье распространились слухи о том, что есть здесь некий отшельник, который пишет картины.

— У него не всё в порядке с головой, — говорили люди, когда рассказывали о нем, и при этом стучали пальцем себе по лбу, — но он совершенно безобидный. Война доконала этого бедного парня.

Сейчас он разговаривает только со своей собакой и рисует странные картины.

Фрэнсис пару раз слышала фразы подобного рода, и у нее при этом возникало чувство, будто ей разрезают сердце. Все-таки тот, о ком они говорили, был ее братом, тем самым Джорджем, который утешал своих сестер, если они плакали, который ремонтировал им их кукол и провожал их на сельские праздники и балы. Это был тот самый Джордж, который с блестящими оценками окончил Итон."

"А теперь… Молодой человек смотрел на нее усталыми глазами. Их жизнь не выполнила ни одного из своих обещаний.

Но, может быть, она ничего и не обещала… Привыкнув к той безмятежности, в которой их семья жила столько лет, Фрэнсис заключила, что и в дальнейшем жизнь будет такой же неизменной и ровной. Сегодня она поняла: то, что считалось надежным, никогда таковым не было. Все было очень просто — надежность вообще не существовала! Все могло рухнуть само по себе — даже то, что виделось прочным как скала. И оставалась только борьба за выживание, за саму себя и за тех, кто не мог больше бороться самостоятельно.

— В корзине много продуктов, Джордж, — сказала Фрэнсис, — их не следует оставлять здесь, на солнце.

Отнеси их в кладовку.

Он послушно взял корзину. Элис поднялась с травы.

— Я помогу тебе. — И бросила на Фрэнсис взгляд, говоривший о том, что она на какое-то время хочет остаться с Джорджем наедине.

После того как они исчезли в доме, Фрэнсис отправилась в сад. Она вспомнила родное поместье — каким был тамошний сад, пока была жива мама! За это время он заметно зарос, так как ни у кого не было времени за ним ухаживать.