Дом сестер

 — Не будем говорить обо мне, Фернан. Речь шла о твоем характере. Я не понимаю того, что ты делаешь. Ты привлекательный, сильный, здоровый мужчина. Семейная жизнь во времена твоего детства наверняка была не совсем простой, но и не катастрофической. Ты получил приличное наследство, чтобы иметь возможность вести достойную жизнь. Тебе не пришлось сражаться на войне, которая могла бы выбить тебя из колеи, как случилось с твоим отцом. Нет никакой причины и никакого оправдания тому, что ты пьешь и награждаешь тумаками свою жену. Мне не нравится то, что ты делаешь. К сожалению, вчера вечером я просто не подумала об этом.

— И часто такое случается, что ты не думаешь?.. В таком случае я могу вполне гордиться тем, что сделал все, чтобы ты начисто забыла, с каким злым-презлым юношей занималась любовью!

— Я уже сказала, что мы не будем говорить об этом.

— О! — Он опять подошел ближе и стоял перед ней как стена. Барбара боролась с желанием опять отступить. Он ни в коем случае не должен заметить, что она испугалась.

— Ты уже сказала? Ух ты…

Она ничего не ответила.

— А с твоим мужем это проходит? Он допускает такой тон?.

. Я думаю, он поджимает хвост и безропотно подчиняется, когда ты приказываешь ему…

— Мне бы хотелось, чтобы ты сейчас ушел, — сказала Барбара холодно.

— Именно так я оценил его во время нашей первой встречи, — невозмутимо продолжил Фернан. — Рохля. Неудивительно, что он тебя не возбуждает. Мне было совершенно ясно, что я должен лишь однажды застать тебя одну, и ты взлетишь, как ракета.

Барбара зажмурила глаза.

— Ты знал, что я одна, правда? Поэтому появился здесь вчера вечером так неожиданно…

Какое-то время казалось, что Фернан хочет возразить, но он согласно кивнул.

— Да, я это знал. Моя жена разговаривала по телефону с Синтией, а та — первая сплетница в наших краях. Она сразу рассказала, что вы сидите на ферме полуголодные, что твой муж ушел, чтобы раздобыть еду, и что у тебя нет от него никаких вестей и ты очень беспокоишься. И тогда я подумал…

— Ты подумал, что если появишься у бедной голодной Барбары с рюкзаком, полным еды, то она из чистой благодарности сразу позволит уложить себя в постель, — горько сказала Барбара.

Она была зла на него, но постепенно все больше злилась и на себя.

Его расчет был отвратительным; но чтобы такое сработало, необходимы двое, и она с готовностью проглотила крючок. Наверное, все это время Фернан внутренне торжествовал…

— Я не знал точно, что именно думал, — сказал он серьезно. — Только то, что хочу остаться с тобой наедине. Постоянно думал о тебе после нашей первой встречи. — Он опять поднял руку и хотел дотронуться до ее волос, но на сей раз Барбара вовремя откинула голову назад.

— Сейчас мы позавтракаем, — сказала она, — а потом тебе придется уехать.