Домовой

Я, так или иначе, безвольный раб твоих желаний, - склоняюсь к ней, пристально глядя прямо в глаза, - И даже если тебя переведут в другой надел, я найду способ освободиться и отыщу тебя на любом краю Трехмирья!

- Я…я не понимаю…

- Ты разве еще не догадалась, что это место, это жалкое существование и есть мое наказание, худшее из возможных.

Глаза ведьмы изумленно расшились, а я, наконец, озвучил до конца свою мысль:

- Но я готов остаться здесь, вместе с тобой еще на тысячу лет, пока не истечет положенный мне срок.

- Но…почему?

Уткнулся носом в рыжую макушку и признался:

- Потому что ты моя. Понимаешь?

Письмо выпало из ее рук, а я, не удержавшись, поцеловал ведьму, вкладывая в него всю свою тоску и отчаяние. Она не сопротивлялась. Доверчиво ко мне прижалась, отвечая на поцелуй, который не распалял нашу страсть, а скорее был откровением. Признанием в том, что она так же сильно нуждается во мне, как и я в ней.

Я не лукавил, когда говорил о том, что хочу остаться здесь с ней. Мы с ведьмой оба привязаны к этому месту и даже если мне удастся с ее помощью сорвать печать, Марго останется связана контрактом. И разорвать его может только сам кесарь. Великодушия за моим папашей отродясь не водилось. А уж, когда, он узнает, что именно Марго освободила его непутевого сыночка…

Конечно, я смогу защитить свою любимую, но какой ценой? Я не всесилен, а месть давно уже не в приоритете.

Удивительно, как быстро поменялись мои жизненные ориентиры и уже ненавистный лес, кажется почти райским уголком для тихой и спокойной жизни. Здесь со своей единственной, что слаще меда и ценнее всех сокровищ на свете. С той, что подарит мне наследника, будущего правителя всего Трехмирья. Ведь только в истинном союзе может родиться настоящий хозяин этих земель.

Осталось только очистить эти земли от скверны вроде Захара и прочей бесконтрольной нечисти.

- Ты не договариваешь, - шепчет ведьма и в глазах ее немой вопрос, - За что ты был наказан?

- За измену.

- Политический узник? – Марго явно ошарашена мои ответом.

- Можно и, так сказать, - уклончиво ответил я.

- Значит, Захар говорил правду – ты не домовой?

- Но только не о том, что я хочу тебя убить. Ты, - покрепче прижал ее к себе, - Нужна мне живой, здоровой, веселой и счастливой.

Зеленые глаза ведьмы полыхнули, каким-то одной ей известным пониманием, и подозрительно сузились.

- Так значит, ты и не собирался мне помогать. Да?! Решил обманом поживиться моей силой освободиться и свалить, оставив меня здесь контракт отрабатывать?!

Ведьма молниеносно высвободилась из моих объятий и уперла кулачки в бедра.

- Подлец!

Как я люблю ее характер. Пожалуй, мне и вечности будет мало, чтобы узнать все острые грани. В гневе она еще прекрасней – щечки заалели, волосы растрепались, грудь тяжело вздымается.

- Угу, - соглашаюсь я.