Драгоценный выстрел

Вы еще не уехали?

— Нет, конечно. Как же я могу ехать без охраны. А вдруг снова покушение. — Голос Яковлева был очень довольным, узнав, что никто из его телохранителей в разговоре с Гуровым не «раскололся», он явно праздновал победу.

— Да, действительно, осторожность никогда не мешает. Но теперь вы можете двигаться без всяких опасений, ведь я уже отпустил ваших людей.

— Надеюсь, они смогли оказаться полезными вам. — Издевка в голосе Яковлева была едва уловима.

— Больше, чем вы предполагаете, — многозначительно ответил Гуров.

 — Но, если я правильно понял, у вас в штате пять телохранителей, а не двое. Не будете ли вы так любезны прислать ко мне остальных? Сегодня уже, пожалуй, не стоит, рабочий день закончился. Но если бы завтра с утра ко мне в кабинет подошли оставшиеся трое, я был бы вам весьма признателен. Зачем нам прибегать к ненужному официозу? Присылать повестки, соблюдать формальности? Все это только задерживает. Мы ведь с вами уже достаточно хорошо знаем друг друга, чтобы обойтись без этих скучных процедур. "

"— Разумеется, — с готовностью согласился Яковлев, по-видимому окончательно уверившийся, что ничто в этом мире не может ему повредить. — С удовольствием пришлю к вам ребят. Кто у нас там остался? Боря Круглов, Женя Шилин и Игорь Сотников. Да, именно. Завтра, как только приеду на работу, первым делом велю им отправляться к вам.

— Буду весьма признателен, — повторил Лев, уже представлявший в воображении подробнейший инструктаж, который будет предшествовать этой «отправке». — Тем более что пообщаться с вашими парнями мне и по долгу службы необходимо.

Ведь произошло убийство. — Произнеся эту многозначительную фразу, он быстро нажал на сброс.

Когда Яковлев начал перечислять имена неопрошенных телохранителей, в памяти вновь всплыл разговор с Дмитрием Медниковым.

«Как он там говорил? То ли Гена, то ли Женя? Если не ошибаюсь, именно человек с похожим именем выдавал им экипировку. Очень интересно. А не тот ли это Женя Шилин, которого завтра обещали прислать ко мне в кабинет? Похоже, лед тронулся, и мрак постепенно начинает рассеиваться».

Кроме имени Шилина, внимание Гурова привлек и последний из перечисленных Яковлевым телохранителей. Он никак не мог отделаться от мысли, что это имя и даже фамилию он где-то уже слышал.

«Игорь Сотников, Игорь Сотников… где же я мог слышать это раньше? — мучительно старался вспомнить он. — Точно не в разговоре с Медниковым. Может быть, еще раньше? Но кто мог упоминать это имя?»

И тут его осенило.