Драгун. Крест за Базарджик

У лесного ручья напоили коней. Артельные готовщики отмыли котлы и понесли их в овраг. После ужина начали неспешно собираться. Перебрали и увязали по новой все вьюки, почистили и проверили оружие. Стемнело, как и обычно, быстро, вот только западная сторона озарялась малинового цвета закатом, раз – и всё погрузилось в глубокую темноту.

– Взвод, становись! – приглушённо скомандовал Гончаров. – Порядок движения мы уже обговаривали. Впереди основного отряда идёт пятёрка Ярыгина. Степан, самолично проверь, чтобы копыта коней хорошо обмотаны были. Вы наши глаза, а вернее уши. Если будет турецкий разъезд, ваша задача – его загодя обнаружить. Сигнал тревоги тот же – крик выпи, у вас с ним хорошо получается, да и птица эта ночная, подозрений не должна вызвать. Как только услыхали посторонний шум, подали сигнал – и сразу шмыг с дороги в сторону. И мы точно так же, как и вы, делаем.

– Есть, понял, ваше благородие, – заверил старший дозора.

– Доходите до того поворота, где большой валун на обочине лежит, и кричите совой, – продолжал наставлять прапорщик. – Там вас из пятёрки Смирнова будут ждать. Всё спокойно, значит, посылаешь гонца к нам, мы в двух-трёх сотнях шагов позади будем держаться. На месте, в лагере, остаются Клушин и Мурин. Вы ждёте нас и караулите вьюки. Как только мы подскочили, тут же их торочим на лошадей и сразу отъезжаем.

Головной дозор ушёл в ночь, а через несколько минут вслед за ним тронулся и весь отряд. Сведя коней по лесу, оседлали их у дороги и дальше уже двигались верхом. Держались настороже, в руках у всех были мушкеты. Земля на многие вёрсты была чужая, недооценивать турок было нельзя, с любой стороны мог выскочить их разъезд.

– Сова кричит, вашбродь, – подъехав ближе, произнёс Блохин. – Вот опять.

– Всем стой! – приглушённо скомандовал Гончаров.

Действительно, с той стороны, куда они сейчас направлялись, донеслось еле слышное угуканье.

– Отвечай. – Прапорщик толкнул Лёньку локтем.

Точно такой же крик совы полетел по окрестностям."

"Минуты через три раздался глухой топот копыт.

– Свои! – Тимофей опустил ствол ружья.

– Тихо всё, ваше благородие, – доложился подскакавший драгун. – Из пятёрки Смирнова Гришку Казакова встретили, говорит, передайте господину прапорщику – спокойно всё вокруг.

– Поехали. – Гончаров махнул рукой.

Через несколько минут отряд был у того поворота, где и должна была произойти встреча с разведчиками. Дальше на конях ехать было нельзя, и все спешились.

– С дороги сведите, – распорядился командир. – И держите под седлом, подпругу не ослаблять, чтобы, если что, сразу вскочить можно было.

С северной стороны на дороге мелькнули тени, и на них тут же нацелились десятка два ружей.

– Свои, вашбродь! – донёсся знакомый голос. – Я это, Смирнов.