Дремучий случай

Представьте себе, это Березин! Удивились? Может, вы и нет, но я точно удивился, да что там — удивился — я просто не верил своим глазам.

В следующую ночь после всех описанных мною событий в квартире 'псевдонемки' я ночевал у Березина. Конечно, денег у меня еще было предостаточно, и я мог, как и в прошлый раз, снять себе комнату в гостинице. Но, когда Дима предложил мне остановиться у него, пока суд да дело, надо мной взяло верх чувство бережливости. В конце концов, дома у меня нет, семьи тоже, заботиться обо мне некому, пора бы браться за ум и все-таки жить не только сегодняшним днем, но хотя бы еще и завтрашним. И я согласился.

К моему шоку такое же предложение поступило и Оксане. И, видимо, чтобы окончательно довести меня до сердечного приступа, она тоже согласилась.

— Мне неудобно, — мялась она, — мы ведь только пару часов знакомы. Но мне, правда, просто мучительно оставаться одной в квартире, где все это произошло…

Дима был просто счастлив. А я что, я здесь никто и дело это не мое. И не мне решать, что Березину делать и кого зовет к себе ночевать. Мое дело — проклятие и приведения. Ну, не только приведения, еще ангелы и демоны и остальное, о чем я, возможно, еще не знаю.

Квартира Березина мне понравилась. Для дома холостяка здесь было необычно чисто и уютно, видимо, это еще постаралась его ненаглядная мать, а сын только поддерживал атмосферу 'домашнего очага'.

Кроме того, квартира была большая, трехкомнатная, так что Березин знал, сколько человек он может позвать к себе в гости с ночевкой."

"Впрочем, рассматривать Димино жилье детально мне не хотелось. Я ужасно устал за этот безумный день. Пришлось проторчать в квартире Оксаны до самого вечера в ожидании похоронной службы и милиции, которые, как известно, быстро приезжают только в американском кино. А потому, как только Дима показал мне, в какой комнате мне лечь, я немедленно упал в подушку лицом и заснул, как никак мой порез еще давал о себе знать, я же не инопланетянин с мгновенной регенерацией клеток…

Следующие два дня я тоже играл в домоседа. Так сказать пользовался временным домом, и не важно, чей он, свой у меня навряд ли скоро появится.

Наконец-то, я по-настоящему отоспался и отдохнул. Я уже на самом деле забыл, каково это — ничего не делать. Конечно, я не так давно провалялся в домике кладбищенского охранника целую неделю, но это не в счет, так плохо, как тогда, мне не было еще никогда в жизни.

Когда я проснулся на четвертый день, Оксаны и Димы снова не было. На столе на кухне я нашел записку, что они ушли по делам и вернутся вечером. Рядом с тетрадным листком лежали ключи от квартиры. Да уж, Березин оказался на редкость предусмотрительным, я от него такого не ожидал.