Поступь Слейпнира: Поступь Слейпнира. Варвар для особых поручений

Воины часто уходят в пустыню, и ты предоставлена сама себе.

– Кажется, ты мечтала занять место его жены, – понимающе усмехнулась Налунга.

– Такое редко случается, – покачала головой служанка.

– Почему? – удивилась Налунга, но услышать ответ не успела.

К ним подошёл Аль-Руффи и, достав из ножен широкий кривой кинжал, одним взмахом перерезал верёвки, связывавшие им руки. Убрав оружие в ножны, он положил руки на широкий шёлковый кушак и сказал:

– Вы все рабы. Эти девушки носят клейма, значит, работы будет немного. Тебя и твоего телохранителя заклеймят после ужина.

Услышав его слова, Налунга невольно содрогнулась, но ответить ничего не успела.

Сказав, что считал нужным, Аль-Руффи развернулся и широким шагом вернулся к костру. Вспомнив, что её служанки действительно носят клейма, Налунга повернулась к той, что уже побывала в этом племени, и, подумав, тихо спросила:

– Это больно?

– Что? – не поняла девушка.

– Когда ставят клеймо, это больно?

– Да, – помолчав, так же тихо ответила служанка. – Это было очень больно. Раскалённое железо впивается в твою плоть, а ты можешь только кричать от боли, потому что тебя связали и крепко держат.

Это было очень больно. А ещё это было очень страшно. Так страшно, что я даже описалась.

– Сколько лет тебе было, когда ты получила клеймо?

– Тринадцать. Я только вступила в пору девичества. Даже нечистые дни приходили непостоянно. Потому меня и продали.

– Ты всё ещё жалеешь, что не осталась у них? – растерялась Налунга.

– Да, жалею. Это были самые добрые времена в моей жизни. И потом среди них есть тот, кто впервые заставил меня кричать от наслаждения.

– Это было так хорошо, что ты до сих пор его вспоминаешь?

– Это был мой первый мужчина.

Первый во всём. Он первым поставил мне клеймо и первым доставил мне истинное наслаждение.

– Ты попадала к одному и тому же человеку два раза подряд? – растерялась Налунга.

– И надеюсь попасть в третий, – рассмеялась в ответ девушка.

– Глупая шлюха, – огрызнулась бывшая королева и, отвернувшись от служанки, попыталась собраться с мыслями.

Но на этот раз служанка не собиралась молча сносить оскорбления. Услышав слова своей бывшей госпожи, девушка резким движением вскочила на ноги и, недолго думая, влепила ей оглушительную пощёчину.

Охнув от неожиданности, Налунга рухнула на песок, растерянно прижимая ладонь к горящей щеке.

В годы своего ученичества она много танцевала, бегала наперегонки с собаками, но драться ей никогда не приходилось. Её заставляли танцевать часами, обучая чувствовать мелодию и ритм, бегать с раннего утра и до позднего вечера, развивая выносливость, но орудовать кулаками она никогда не училась.

Тем не менее гордый нрав и привычка приказывать заставили её и без того горячую кровь закипеть, словно лава.