Другая улица

Комполка разместился на окраине городка, в солидном двухэтажном доме. Дом этот, поскольку в нем все и произошло, по-моему, заслуживает более-менее подробного описания. Старинный, очень старый, над входом было высечено «1525», дата постройки, конечно, такого мы уже насмотрелись. И над датой – полустершийся круглый барельефчик: сидит белка на ветке, шишку держит. Нет, никак не герб. Наш начальник разведки до войны учился на историка и сразу определял: где герб, а где просто архитектурное украшение. Ну вот захотелось первому владельцу, чтобы у него над входом красовалась белка с шишкой – ему и вытесали. А дата… Дата, конечно, почтенная – но это для братьев-славян в диковинку, а у немцев, мы успели насмотреться, подобной старины попадалось столько, что устанешь считать и дивиться. Потому что мы испокон веков из дерева строили, а они – из камня. Вот и сохранилось в несчитаном количестве. Ни о каком их превосходстве над нами, сиволапыми, это, конечно, не говорит. Всего-то напросто лесов у нас имелось в невероятном избытке, а у них – гораздо меньше. И только.

Дом был облика… как объяснить… вот именно, что чертовски старинного. По беленым стенам – балки перекрещенные, окна маленькие, специфической формы, крыша узкая, высоченная, крутая. Дверь тяжеленная, железом окована. Наш «Виллис», да и мы сами около него как-то странновато смотрелись, как будто нас таких, насквозь современного вида, тут не положено.

Вот на что я сразу обратил внимание как человек с большим опытом в некоторых вопросах – так это на то, что возле дома, если не считать нашего «Виллиса», не было ни единой машины, мотоцикла, коней заседланных (у нас начальник разведки и начарт держали верховых, мотивируя, что по их должности так справнее). И свет только в парочке окон – где керосиновая лампа, где фонарь на аккумуляторной батарее. А что это означает? Да то, что речь идет явно не о постановке новой боевой задачи. Если бы ее, как я уже приводил пример, внезапно поставили перед комполка, то он, конечно же, вызвал бы не одного меня, «главкрота», а собрал бы немало народу: комбатов, начарта, начальника разведки, да всех прочих, кому непременно надлежит быть. Не мог же я их всех опередить? Я-то, большую часть времени, был у себя в расположении, на этот раз в соседнем городке, километрах в трех (городишки там тесно понатыканы, как грибы или деревни у нас). Но ведь – никого.

Ординарца я, конечно, спрашивать не стал – несолидно для офицера получилось бы. Да, впрочем, он мог и сам не знать. Так что я без всяких вопросов пошел за ординарцем.

Комнатки маленькие, потолки низкие, где плоские, где куполом.