Дурман

Ничего хорошего и благостного для её души не происходит, разве что для тела, а это не то, чему следует слепо доверять."

"— Есть сок и минералка. — Алексей в комнату вернулся, сел на кровать рядом с ней и протянул ей высокий стакан с апельсиновым соком. Ира к тому моменту уже успела взбить подушки и прикрыться краем одеяла. Сделала несколько глотков, губы облизала и рассмеялась, когда Лёша её поцеловал, едва дождавшись, когда она отнимет от губ стакан. — Значит, любовницей моей ты быть не хочешь? — спросил он, поддразнивая.

— Считаешь, что это почётно?

Он улыбнулся, оценив иронию.

Потом в знак примирения пригладил её волосы.

— Я шучу. И в любовницы не зову, но ты ведь знаешь, как сильно я тебя хочу?

Ира посмотрела на картину на стене напротив. Скромный пейзаж, незамысловатый, но милый и уютный.

— Ты даёшь мне это понять… при каждой нашей встрече с глазу на глаз.

Он рассмеялся, и сунул за спину подушку, устраиваясь поудобнее. Ладонью накрыл её коленку и принялся выводить на ней пальцем какие-то узоры.

— Ты особенная, Ириш. По крайней мере, для меня — точно.

— Потому что тебя завожу?

— И поэтому тоже.

Ира голову на подушку откинула, непонятно зачем вглядываясь в пейзаж.

— Запретный плод сладок, Лёш. Ты получишь меня в своё полное распоряжение и быстро остынешь.

Он голову повернул, вгляделся в её отстранённое лицо.

— Ты на это надеешься? Что я тебе надоем?

А чем чёрт не шутит?..

— Может быть.

Алексей на бок повернулся, голову рукой подпёр, с интересом к ней приглядываясь.

— А если этого не случится?

Ира вздохнула, после чего нервно улыбнулась.

— Тогда я состарюсь в тоске по тебе, — попыталась пошутить она.

Но не насмешила, Лёша даже не улыбнулся. Коснулся пальцем кончика её носа.

— А зачем тебе тосковать по мне? Я и так с тобой.

Ира не ответила. А что можно было сказать? Напомнить ему, что он с ней, только пока лежит с ней в постели, пока касается её? А в реальной жизни, его жизни, властвует другая женщина, законная жена, мать его ребёнка, и у неё все права. А Ира лишь воровка, которая крадёт у неё внимание мужа. Но что делать, если ей не так повезло? Если Лёшка когда-то выбрал другую?

Эти мысли заглушил поцелуй, жадный, страстный поцелуй.

Ира глаза закрыла, позволила опрокинуть себя на подушки, и с готовностью обняла мужчину, единственного, который был способен заставить её позабыть и о правде, и о лжи, и о доводах разума. Но она ещё сопротивлялась, не позволяла себе даже мысленно произнести это слово: люблю. Помнила, каково это: любить его, а потом начинать всё сначала, с разбитым сердцем. А её сердце уже было однажды разбито, во второй раз оно разобьётся вдребезги, Ира была в этом уверена.