Дурман

Интересно, к тому моменту вина и стыд уйдут, и она сможет в полной мере насладиться успехами мужа? Или так и будет вынужденно улыбаться, как родителям последние два дня?

— Ира.

Она возвращалась домой, шла по улице, оставалось лишь в подворотню с аллеи сквера свернуть, и уже будет виден родительский дом, а тут Лёшкин голос, и Ира замерла, кажется, даже споткнулась, и застыла с забившимся сердцем. Не обернулась, только слышала, как хлопнула дверь автомобиля, потом его шаги, и он остановился рядом, разглядывая.

— Ир.

— Ты зачем приехал?

Он усмехнулся, достаточно зло.

— А ты всерьёз думала, что я не приеду? Просто отпущу, позволю улететь и…

— Господи, Лёша, сколько слов.

Он взял её за локоть и развернул к себе. Но и тогда Ира постаралась не встречаться с ним взглядом, уставилась на расстёгнутый ворот его рубашки, и почувствовала, как по телу расходится жар. И от его прикосновения, и от близкого присутствия, от запаха его одеколона. Сделала глубокий вдох, стараясь справиться со слезами.

— Да, я думала, что ты не приедешь. Прошло два дня, ты не звонил больше. Мне показалось, что ты ко мне прислушался.

Он разглядывал её и боролся с желанием приподнять ей подбородок, чтобы в глаза ему смотрела, а не отворачивалась глупо и некрасиво.

— Андрюшка болеет, температура высокая, а няни нет.

Ира печально улыбнулась, после чего кивнула.

— Я понимаю.

— Да ничего ты не понимаешь.

Ира осторожно освободила свою руку, отступила от него на шаг.

— Послезавтра я улетаю, — сообщила Ира. — Миша закончит все дела, и мы уедем.

— Значит, ты решила…

— Да.

— Вернуться к мужу.

Её взгляд скользил по его рукам, пуговицам на рубашке, потом Ира вдруг испугалась, вспомнила, что они на улице, вокруг полно людей, огляделась с опаской, но ни одного знакомого лица не заметила. Хотя, сказать по правде, даже если бы и увидела кого в двух шагах от себя, вряд ли бы узнала. У неё даже голова кружилась от волнения, хотелось лицо руками закрыть и головой помотать, чтобы очнуться. Вместо этого кивнула, как болванчик китайский, и повторила за ним:

— Решила вернуться к мужу. — И произнесла его любимое: — Так будет правильно. Разве ты так не считаешь?

Алексей волосы взъерошил, отвернулся от неё на минуту, забегал взглядом по улице.

— Я не знаю. Отпустить тебя кажется невероятным. Думать о том, что ты где-то далеко, с другим…"

"— Он не другой, Лёша. Это ты другой, а он муж. Нужно было оставить всё так, как есть. Чёрт бы с ней, с той ночью в Лондоне. То, что мы натворили после… Как теперь это исправить?

Он посмотрел на неё.

— Ты меня любишь?

Она нервно усмехнулась, слёзы вытерла.

— Что ты сделаешь, если я скажу «да»? — Повернулась к нему и в глаза посмотрела. — Украдёшь меня у мужа? Вот только ты понятия не имеешь, что со мной дальше делать.