Сводные поневоле

— Что дальше? — спросил он.

Конечно, результаты теста были фальшивые. Я уже знал, что Виктор — наш с Евой брат. Как знал и то, что я его не брошу. Но пока парню нет восемнадцати, Костомаров являлся официальным представителем парня.

— Дядя Лео позвонит. Нужно подождать.

Возможно, будь дело связано только лишь с этим непорядочным человеком, я бы не стал прибегать к крайним мерам и отсылать Еву из России. Но когда негласная проверка финансов компании выявила, что ровно те же люди, которые так удачно спонсировали Костомарова, уже приличное время получали некоторые сведения из “АдамКорп”, я понял, что дело приняло совершенно иной оборот.

Когда-то моего отца жутко прессовали, пытались выбить из седла, но он справился. Не так легко, как я думал, но вывез. Сдюжил."

"Теперь это предстояло сделать мне. Но я уже понимал, что цена за это окажется непомерной. Стоило только вспомнить взгляд Евы перед отъездом…

— Это вас, — тактично заговорил Алексей Викторович, видя, что я полностью ушел в свои мысли. — Леонидас.

— Что там? — спросил, едва взял телефон.

— Готово. Костомаров у моего знакомого, который уже вовсю демонстрирует ему содержимое папки с его незаконными махинациями.

— Он пойдет на сделку?

— Даже не сомневаюсь.

— Но ведь ему могут угрожать, — возразил я. — Ты сам говорил — люди серьезные.

— На каждого серьезного, найдется свой более серьезный, — философски произнес дядя. — Вопрос только в цене.

— Мы же могли все провернуть быстрее!

— Думаешь, так легко выйти на тех, кто находится на этой высоте? Расслабься, Ник. Займись делами, а уж после полетишь с ней.

Сжал кулак до хруста. Он все верно понял. А я, казалось, просто умирал без нее каждое мгновение. Ведь это я знал причину своего поступка. А она? Я даже представить не мог, как больно было Еве.

— Я понял.

— Давай, до вечера должны управиться. Катя твоя, кстати, по статье пойдет.

— Все-таки это она? — разочарованно усмехнулся я. Надо же, я ведь доверял ей, как себе. Был уверен, а она, оказывается, неплохо подстраховалась. Неужели подозревала, что я не влюблен? Или просто всегда имела запасной план?

— Она. Причем довольно давно. Не умеешь ты выбирать женщин, Ник.

— Что есть, то есть, — не стал спорить.

Домой в итоге я попал только поздно вечером. Вся эта возня с братом и его опекуном, кротом в компании и сливом информации настолько вымотали меня, что я впервые задумался — а ради чего все это? Отец всю жизнь вкалывал как проклятый. В итоге я видел его очень редко. Даже когда родилась Ева, он не стал чаще бывать дома. И мне, и Лауре всегда было мало его. Мы уважали его цели, стремления, но… Что в итоге? Дочь так и не узнала, что он просто защищал ее. Я тоже не успел с ним как следует попрощаться. Второго сына он и вовсе проворонил.