Сводные поневоле

И вопреки разумным доводам внутри что-то противно сжалось от понимания, что это она, а не я, имела право называть его нежно. Хотя, конечно, “Ники” совершенно не шло моему братцу, но все же… Все же это она была с ним рядом, это ей он улыбался и с ней ог разговаривал нарочито мягко. На нее смотрел с интересом.

— Вот с Ники и обсуди это, — посоветовала ей, изо всех сил стараясь не показать своей боли.

— Ева! — повысила голос неугомонная любовница. — Твой брат просил поговорить с тобой. Так что ты выслушаешь меня!

— Да что ты говоришь…

— Именно! — Я почти обошла эту нахалку, как она вдруг резко дернула меня за локоть. — Твое поведение вчера было недопустимо!

— Правда? С чего бы?

— Ты ведешь себя, словно маленький ребенок, и этим подставляешь брата. Он, между прочим, занятой человек и не обязан бегать за тобой, чтобы разгребать твои шалости.

— Так пусть не бегает.

Катя одарила меня таким взглядом, что я будто в грязи выкупалась. Вот ведь… курица белобрысая!

— Ники очень ответственный, и никогда не позволит чему-то выйти из-под контроля. И если ты все же имеешь хоть немного мозгов, то прекрати дергать его и портить ему репутацию.

— Так вот и я говорю — пусть отпустит меня обратно, и всем будет лучше, — ехидно ответила я, даже задумавшись — а вдруг эта недалекая поможет мне переубедить брата?

— Ты должна понимать ответственность перед семьей, Ева. Твой брак — дело решенное. Так что прекрати свои детские выходки и прими, наконец, ситуацию по-взрослому.

Вся моя бравада тотчас испарилась. Ведь получалось, что эта идиотка была в курсе планов Никаса, и, похоже, узнала это куда раньше меня.

— Мой брак тебя не касается. Это наша семья, сами разберемся, — процедила я. Но в ответ получила такой сочувственный взгляд, что я прям пятой точкой ощутила — что-то я снова упускала. — Что?

— Ники, видимо, не хотел тебя шокировать, но мы скоро поженимся. Возможно, чуть раньше вас с Аланом, но это тоже вопрос решенный.

Ты хотела побороться, Ева? Вот, смотри. Боевые действия уже в самом разгаре.

— Совет да любовь, голубки. А меня оставьте в покое, ясно?

— Ева, пока я говорю с тобой по-хорошему, — неожиданно, уже, считай, невеста моего братишки заговорила совсем иным тоном. Она сбросила милую улыбочку и теперь выглядела, как настоящая стервятница. — Прекрати оттягивать внимание на себя.

— А не то что? — вызверилась я. — Что ты мне сделаешь? Погрозишь пальчиком? Пожалуешься братику?

— Тебе лучше не связываться со мной. Пожалеешь.

После этого она с гордо поднятой головой и походкой от бедра удалилась, оставляя меня не просто злой. Разбитой.

Ну, вот и как мне дальше быть?

Настроение было испорчено окончательно. Идти вниз перехотелось.