Элиза и ее монстры

Я была принята в маленький местный университет и почти сразу же написала письмо в приемную комиссию, объясняя, почему хочу отсрочить начало занятий на год. В прошлом сентябре маме с папой идея академического отпуска не понравилась бы. Но в нынешней ситуации, признали они, это может оказаться наилучшим выходом из положения. Думаю, свою роль в их согласии сыграло то внушение, которое сделали им Салли и Черч. Папа немедленно начал отсекать все телефонные звонки и письма мне, а мама составила список дел, целью которых было почаще выманивать дочь из дома. К моей радости, это большей частью оказались прогулки с Дэйви по округе. А еще она повесила на холодильник маленькие значки – выражающие разные эмоции мордашки, – чтобы я каждый день давала знать, какое у меня настроение. Прежде я назвала бы такое ее начинание глупым, но это лучше, чем разговаривать.

– Как это ты не будешь учиться в колледже в следующем году? – рычит Салли за обеденным столом после того, как мама с папой объявляют о планах нашего семейства. – Мы же будем ходить в школу! А ты – нет! Это несправедливо!

Черч спокойно засовывает в рот горох.

– Салли! – шипит мама. Моим братьям даже в шутку не разрешается жаловаться на что-либо, связанное с моим «разнюниванием», как называет это Салли, но мне нравится его огорчение. Он делает из происходящего глуповатую проблему, словно в каком-нибудь фильме, где через полтора часа веселья для всей семьи она обретет изящное, перевязанное ленточкой решение.

Салли с кислым видом ерзает на стуле.

Что-то дзинькает. Черч достает из кармана телефон.

– О, посмотри. – Он протягивает его через стол мне. На нем сообщение от Люси Уорлэнд.

– Откуда у тебя номер телефона Люси Уорлэнд? – удивляюсь я.

– Оттуда, что она прикольная, – говорит Черч. – А еще, Салли не захотел сам попросить его у нее.

Салли краснеет.

– Она сказала, что пришлет фотографии с церемонии выпуска, – продолжает Черч.

Ах, церемония выпуска. Я дожила до нее, а потом отказалась почтить своим присутствием. От осознания того, что я никогда больше не ступлю на порог школы, мне становится легче дышать. Увеличиваю фотографию на весь экран и вижу актовый зал, заполненный моими одноклассниками, они сидят ровными рядами, одетые в шелковые выпускные мантии. К одной стороне сцены, на которую выпускники поднимаются, чтобы получить свои дипломы из рук директора, выстроилась очередь.

Люси сделала фотографии, когда на сцену поднимался Уоллис. Я вижу все так ясно, будто передо мной не фотографии, а видео: Уоллис медленно всходит по ступенькам и идет по сцене. Лицо у него равнодушное, как и всегда, потому что в зале слишком уж много людей, а чем их больше, тем меньше эмоций он демонстрирует. Он крупнее и выше директора, маленькая рука последнего тонет в его руке.