Эпоха мертвых. Москва

Потекут сальники, потрескаются резинки. А планово менять их каждые полгода, как в кадрированных частях, возможности нет - где их брать то? Также разбирают часть грузовиков, других машин. Консервируют даже оружие, которому на складе точно ничто не грозит, перестраховываются. Патроны к выдаче разрешены только в деревянных ящиках, за вскрытие герметичного цинка чуть не расстрел на месте.

Интересно, если они так над цинками дрожат, не получится ли у нас махнуть наши цинки на их ящики с некоей надбавкой? Типа комиссионных?

Подумал я об этом и сам себе удивился. Откуда такая практичность прорезалась? Мой бывший старшина, прапорщик Перехватов, мной бы мог гордиться."

"Мимо стола прошла Маша с обоими детьми. Наконец то смогла пойти с ними погулять, сказала она нам. Действительно, дети до этого все больше с Алиной Александровной сидели и со двора не выходили. А здесь именно что погулять можно. Сашка тащил с собой духовушку, с которой теперь вообще не расставался. А еще с Машей шла Настя - вывезенная из Солнечногорска мама, с коляской, в которой сидела щекастая двухлетняя девочка, внимание которой отчаянно пыталась привлечь Лика.

Все это общее спокойствие и расслабленность на территории военной базы напоминало мне затишье перед бурей. Все помнили о том, что через несколько дней придется ехать в неизвестность. Информация о положении в стране почти не поступала, телевидение в Москве уже не работало, работала какая-то другая станция, сигнал которой был слаб и ничего умного там не говорили. Что нас ждет по дороге - никто не знает. Алина Александровна едет в Горький-16 для того, чтобы увидеть мужа, который на самом деле давно мертв. Там ее ждет безопасность, но я в это не очень верю. Скорее, даже здесь безопасней. Девочки, Ксения и Аня, едут туда с ней, и только я еду туда по делу - передать ""хранилище"". А все остальные - только потому, что туда еду я.

Сергей Крамцов, бывший аспирант.

28 марта, среда, утро.

С утра за нами зашел прапор Дима, тот самый Годзилла, что выезжал с Сергеичем в город. Прапор заехал на не по-военному расписном квадроцикле ""Ямаха Рэптор"", сказав, что они вывезли целый склад мототехники откуда-то и теперь используют ее всю для перемещения по территории базы. Подполковник свое обещание не забыл и Дима собирался отвезти нас к складу РАВ, где нас должен был встретить сам Пантелеев. Я позвал с собой Леху, как нашего отрядного начальника службы РАВ, завел УАЗ и мы поехали следом за тарахтящим мотовездеходом. Вообще, глядя на широченную спину Димы, возвышающуюся над маленьким вездеходом, не мог отделаться от ощущения, что это какая-то шутка, когда взрослый решает смеху ради прокатиться на детской машинке.