\

А вот доспехов получить не удалось.

— Не положено, — отвечал на все вопросы бухтовский интендант. — Приказано было выдать только оружие.

Даже забористая ругань Костоправа действия не возымела. Что ж, хитрец-градоначальник обещал им выдать оружие, но о броне речи не шло.

Пожелав бухтовцам удавиться, они покинули городской арсенал.

На стрельбище за городской стеной А-Ка, стараясь не тратить понапрасну патронов, попытался хоть немного пристрелять дареный ствол. За этим увлекательным процессом наблюдало несколько зевак, а какой-то всадник, выехавший из ворот, даже специально остановил быконя у обочины.

«Ишь, засмотрелся, — недовольно подумал о незнакомце Виктор. — Ехал бы уж себе, куда намылился».

Всадник не ехал.

— Цирк, мля, нашли, хреном им в зыркала! — Костоправ тоже с неприязнью покосился на бухтовцев. — Пялятся тут…

Закончив пристрелку, А-Ка остался крайне недоволен автоматом.

— Ствол изношен, кучность ни к черту! — сокрушался Стрелец. — Старье подсунули!

— С-с-суки, — процедил Костоправ.

— Ладно, А-Ка, — вздохнул Виктор. — Все ж лучше, чем ничего.

Хотя какое там «ладно»! Соваться в Котел и с хорошими-то стволами — удовольствие не из приятных.

Тем более в Большой Котел. А когда на всю группу только один автомат, да и тот почти убитый, вообще тоскливо становится.

«Может, плюнуть на все, да отправиться домой? — подумал Виктор. — И ну его, на фиг, добытчество это». А что? Быкони какие-никакие есть. Оружием худо-бедно обзавелись. Припасов хотя бы на полпути хватить должно, при разумной экономии. И обратная дорога известна. Через казачьи станицы — к новому ордынскому улусу. Если не напороться на горцев, если договориться с разъездами степняков, если отбиться в дороге от мутантов… Если, если, если… Слишком много «если», но все-таки путь в обход Большого Котла будет куда как безопаснее.

Во всяком случае, шансы вернуться есть."

"Ну а вернемся — и что? Без товара, без навара. В долгах, как в шелках. Такое возвращение не сулило избавления от бед, а являлось началом новых проблем. Разорившемуся купцу в Сибирском Княжестве рады не будут. Значит что? Оставаться в Бухте? Или к казакам податься, благо Степан-атаман к себе звал? Или к ордынцам примкнуть? Хан Удуг, наверное, тоже против не будет.

В принципе, можно было. И так, и этак можно. Но хотелось-то по-другому. По-нормальному, по-человечески. Было противно от одной мысли о том, что придется до конца жизни скрываться на чужбине, как какой-нибудь беглый каторжник.

— О чем задумался, Золотой? — А-Ка заметил его озабоченность.

— О возвращении, — честно признался Виктор.

— Забудь, — посоветовал Стрелец. — Сам попадешь в долговую яму и нас без заработка оставишь.

— Лучше уж без заработка остаться, чем без головы.

— Ну, это кому как.