\

Определенно, мухоморное пойло придало хэрсиру сил, но и мозги затуманило ему не слабо.

Вскоре вся дружина Аскела была на улице. А вот пленникам выйти из дома викинги не позволили: их закрыли внутри, подперев дверь крепкими кольями.

Этот дом при необходимости, наверное, мог служить не только жилищем, но и мини-крепостью. Однако когда тяжелую, похожую на ворота дверь заперли снаружи, дом из крепости превратился в темницу.

Окон нет. Дымоходное отверстие – слишком высоко. Под рукой – ни лестницы, чтобы добраться до дымохода, ни каких-либо инструментов, чтобы высадить дверь, расковырять толстые прочные стены или сделать подкоп.

Внутри почти не было мебели. Только стол – старый пластиковый, легкий и потрескавшийся: такой не сгодится ни в качестве тарана, ни как подпорка. Вдоль стен тянулись земляные лавки со старыми шкурами. Даже очаг не выложен камнями, а окружен невысоким глиняным барьерчиком. Еще имелся, правда, деревянный жбан с грибным варевом, но им дверь тоже не выбьешь. Зато между неровными дверными досками имелось несколько щелей, и каждому пленнику нашлось место для наблюдения.

* * *

Дом, в котором их заперли, располагался на небольшом возвышении возле площади в центре Стейнхьера, причем дверью к ней, так что все происходящее там можно было видеть сейчас очень хорошо.

Посреди площади лежал расстеленный и растянутый на колышках плащ. Повторяя его контуры, на земле были очерчены два квадрата. Третий контур образовывали ограждения из обшарпанных и потрескавшихся пластмассовых блоков и переносных орешниковых плетней.

Судя по тому, что зрители толпились за пределами ограды, немудреный заборчик обозначал границы ристалища.

На огороженной площадке уже стоял Арне – обнаженный по пояс, вооруженный щитом и секирой, в рогатом шлеме. Видимо, и он принял приличную дозу мухоморного отвара: краснорожего колбасило не по-детски. Рыча и воя, словно зверь, Арне грыз край своего щита.

– Ишь ты, тоже набухался! – хмыкнул Костоправ.

Ага, а вот на ристалище вошел Аскел. Хотя «вошел» – не то слово. Он легко и почти без разбега перемахнул через ограду высотой по плечо рослому мужику. Аскел, как и Арне, был не в себе. Безумное лицо, оскаленные зубы, крик, в котором нет ничего человеческого.

«Вот что делают с людьми мухоморы!» – поразился Виктор.

Поединок начался сразу, без церемоний и боевой брани. Единоборцы просто набросились друг на друга со звериной яростью. Посыпались быстрые и мощные удары. Трудно было поверить, что это дерутся обычные люди.

Бум-бум-бум! – громыхали щиты под мечом Аскела и секирой Арне. А вот звяканья оружия почти не было слышно: поединщики даже не пытались парировать выпады друг друга.