\

Учительница же немного нервничала, понимая: какой студент ей достался. Ну-ну, дамочка, я — добрый Первородный и обижать тебя не буду. Если только ты не заслужишь этого.

— Ты слышишь меня?! РАЙАН?!

— Ты закончил? — осведомился я и услышал в динамике возмущённое пыхтение. Вероятней всего, от моего подобного безэмоционального ответа у Брэдли от гнева свело челюсть. — У меня сейчас пара, и мне некогда слушать твой бред. До скорого.

— Да как ты смее… — он ещё пытался излить на меня своё будничное дерьмо, но звонок был сброшен.

Будто бы ничего и не произошло, убрал телефон в карман и вновь упёрся взглядом в лист, которые нам раздала учительница.

Краем глаза я видел, что Эд смотрел на меня, как на какого-то незнакомца. Джозеф и Лео тоже поглядывали с непониманием, а учительница сохраняла молчание, словно находилась в прострации.

Вскоре Наталья Ивановна взяла себя в руки, и урок пошёл своим чередом. Между делом я осведомился у Эда за прошедшие дни.

Как оказалось, моих одногруппников волновало: где я пропадал все эти дни. В словах Эдварда чувствовалось реальное беспокойство, что вызывало у меня кривую улыбку. Даже странно.

Сколько я знаю этого человека? Меньше месяца, а он искренне выражал опасение, будто со мной что-то могло случиться. Всё это колебало внутри нечто далёкое. Такое необычное чувство. Слабое. Опасное. И человеческое. Нужно выпить крови…

После пары, мы всей толпой двинулись в столовку, где мне задавали очередные вопросы. Много. Очень много вопросов. Нелепых, тупых, ненужных. Зачем всем нужно знать, где я был и что делал? Для чего? Глупые куски мяса, любящие пообсуждать жизнь других.

— Да хорош уже, бро, — просящим голосом заговорил Эдвард, когда мы расселись.

— Неужели такой секрет? Колись, давай!

— И правда, Купер, — взял староста ложку. — Если это дела рода, то так и скажи."

"Лео только покивал в знак согласия. Я же чувствовал нарастающее раздражение. И как только раньше воспринимал этих детей? Они слабы, непонятны, ничтожны. Кажутся такими незначительными, а их жизни не стоят ничего. Просто ноль. И тем не менее, мне нравилось здесь. Нравилось учиться и проводить время вместе с этими пакетами крови.

— На оргии, — ответил я после десятого повторного вопроса. — Я был на вип-оргии все эти дни.

Ложка выпала из рук Эдварда. Его круглые поросячьи глаза расширились, как у наркомана, и смотрели на меня, будто на сошедшее с небес божество.

— Хм, что-то такое я и предполагал, — покивал Джозеф, словно на само собой разумеющийся факт.

— Мужик… — благоговейно выдал Лео. — Девушки были красивые…?

— О-о-о-о… — заклинило Эда, после чего он вскочил и на всю столовую прокричал: — ОРГИЯ?!! Ты был на ОРГИИ?!!

Десятки глаз, как по указке, зыркнули в нашу сторону. И я оказался эпицентром всеобщего внимания.