\

Сидевший во главе стола Брэдли промокнул полотенцем губы, его жёны почти синхронно скривились, а их предводительница поджала губы. Дениска с лицом дурочка не моргал, три брата-дегенерата, которые очень часто находились в отъездах, тоже. Ну и, конечно же, сестрички, строящие из себя само очарование.

Обычный ужин. Обычный сбор рода. Если не считать старика в чёрном военном мундире, на груди которого красовалась целая гирлянда звёзд. Коротко стриженый ёжик седых волос, пронзительный взгляд янтарных глаз. Гладковыбритое лицо, глубокие морщины, что делали из этого человека скорее не слабого старика, а мощного деда.

Несколько шрамов: один из них пересекал переносицу, а два других тонкими линиями тянулись по левому виску.

Тихомиров Владимир Петрович внушал. Одним своим видом создавал образ воина, прошедшего через настоящую мясорубку и Ад. А уж когда этот боевой старикан вылез из-за стола и распрямил мощные плечи, то и подавно. Он явно неустанно следил за физической формой, невзирая на возраст и работу министра обороны Аркадии.

Никто не проронил ни слова, пока он шёл ко мне. Я же спокойно наблюдал за ним и замечал стоявших у стен гвардейцев рода и нескольких бойцов в форме регулярной армии империи.

— Здравствуй, Райан, — остановился он в шаге.

Мы с ним были одного роста, а потому никто не задирал голову.

— Здравствуйте, Владимир Петрович.

Интересный человек. Я слышал, как сердца каждого в гостиной учащённо бьются, а вот он — спокоен, как питон. Полное хладнокровие.

Неожиданно суровое лицо старика разгладилось, и он улыбнулся, взяв меня за плечи. Жёсткая и тяжёлая хватка.

— Ты похож на неё, — прошептал он, всматриваясь в моё лицо и что-то пытаясь разглядеть в нём.

— Похож на мою Азалию. У тебя её нос и скулы.

А ведь и правда, что-то есть у нас с этим дедом общее в физиономии. Я бы даже сказал, что это моя копия в старости, но нет. Различия всё же присутствуют.

— Вам виднее. Я не знал её и не видел.

Взгляд Владимира Петровича потяжелел, а из груди вырвался вздох. Он похлопал меня по плечам и кивнул.

— Ты имеешь право гневаться, но не на неё, а на меня, ведь это я позволил осуществиться тому, что произошло.

— Да мне как-то без разницы, — повёл я головой. — Время для гнева уже прошло.

"

"Старик вновь улыбнулся. Как-то странно, понимающе. Будто он видел своё отражение во мне, что очень вряд ли, он же ведь не пятисотлетний вампир. Хотя, в нынешних реалиях с Уроборосом я уже ничему не удивлюсь.

— Идём, — повёл он меня к столу. — У нас ещё будет время поговорить.

Дальше началось банальное и скучное застолье. Женщины вовсю расспрашивали моего деда о делах империи, проявляя любопытство. Тот, в свою очередь, травил байки и явно приукрашивал какие-то истории, отчего первые охали и ахали.