\

Спаси…

— Убей… — срывается с моих губ бездушный шепот, перерастающий в мощный рёв: — Р-р-А-а-а-а!!!

Я чувствовал, как кроваво-красный туман становился всё плотнее и обвивал меня, словно саван. Он окутывал когти, делая их смертоноснее и опаснее.

Преграда. Именно преградой я стал для этих тварей, пытающихся пробиться к старику и тем, кто выжил. Словно волнорез, я стоял у них на пути и без конца нёс смерть и разрушение. Глаза всё также были закрыты пеленой крови, но остальные чувства говорили мне, что половина гостиницы просто перестала существовать. Телекинез стал моим продолжением.

Я давил волей. Убивал кусками бетона и стен. Протыкал деревом и железом. И всё это происходило на безумных скоростях, на которых двигались оборотни. Существа, которые не должны существовать в этом мире. Первые и естественные враги вампиров. Враги моего рода!

На миг. Всего на долю мгновения, я вновь ощутил себя тем, кем был ранее. Тем, кто внушал ужас и страх в Брилии. Тем, кого боялись не только твари ночи, но и герои. Это нормально… Так и должно быть…

Я оторвал голову прыгнувшему оборотню, попутно всадив когти в пасти другого.

… Человек не способен спасти. Человек слаб и поддаётся эмоциям…

Взмахом руки отправил мёртвую тушу в собратьев и сбил с ног сразу двух.

… Сколько сказок ходило о героях и тех, кто защищает слабых?..

Рывок и я оказался над головой твари, извернувшись в воздухе и упав на нее, вонзая в шею клыки."

"… Но всё это лишь сказки. Для того, чтобы действительно защищать, то, что важно, этот титул не нужен…

«Иногда, Беррада, миру не нужен герой, — вспылил в голове слова графа Бертольда. — Иногда, ему нужен монстр.»

Твари всё прибывали, будто нескончаемый дождь.

Кровь залила пол настолько, что я утопал в ней по щиколотку. Её запах был опьяняющим. Он манил. И он же, делал меня сильнее! Быстрее!

Я ощущал, как воздух за вокруг меня ходил волнами. Он дрожал, завывал и расходился ветром во все стороны. Моё тело двигалось столь быстро и смертоносно, что вскоре рядом со мной начинали появляться целые кучи мертвых тел. Разбросанные, разрубленные, разорванные и сломанные. Они истекали кровью, собирающуюся в огромную лужу.

В какой-то момент, когда на меня ринулись сразу пять тварей, а голова уже трещала от нагрузки телекинеза, удерживая на месте ещё трёх, во мне вспыхнул настоящий пожар.

Пламя разгорелось в груди, словно извергнутый вулкан.

Правую руку нещадно обожгло, как от раскалённой кочерги. Мощь вампира, струящаяся в жилах встрепенулась и усилила напор, добавляя ещё большего безумия. Но вместе с этим же безумием усилился и нестерпимый жар. Он плавил мою ладонь, отчего я ощутил запах паленой плоти. И этот же жар словно требовал меня выпустить его. Дать ему свободу.