\

 — Если умер вампир, сможет ли он остаться за гранью?

— Глупо задавать вопрос, на который ты и так знаешь ответ, — поверх его лица показался призрачный череп с короной наростов. — Ведь ты сейчас здесь, а не за гранью.

Я застыл, как вкопанный и крепко сжал перила лестницы. Все те маленькие пазлы короткого с Джоном разговора и моих ранних догадок сложились в единую картину, а в голове щёлкнуло озарением.

Что я вообще помню о своей смерти? Воспоминание того дня, как выцветшее полотно, иссохшее и рвущееся от одного прикосновения. Помню сумерки, заходящее солнце, дыхание леса и звук бегущего ручья.

Помню слова той, с кем должен был встретиться, как это происходило десятки раз. Её доспехи, клинок, сияющий светом, и героев, вышедших из-под полога, который скрывал их от моих чувств. Дальше был бой… Она проткнула моё сердце клинком, и произнесла слова, которые ранили сильнее, чем свет и сталь.

«Гори в аду, тварь!»

Последний мой вздох и вслед за ним я открыл глаза, увидев свет ламп и услышав голоса акушерок, а также врачей, пытающихся спасти умирающую Азалию Купер.

И вроде одно лишь это должно вызывать множество вопросов.

Как переродился? Почему вообще получилось, ведь моя душа должна была раствориться в круговороте энергии? Что за хрень произошла? Сколько бы ни пытался, ответа не было. Тупо догадки и какой-то бред. Проще было отпустить и принять то, что я получил второй шанс. Прожить человеком. Стать им. В итоге получилось то, что происходит сейчас. И нет, я не жалуюсь и понимаю, что в большинстве проблем виноват сам. Но теперь, после знакомства и разговора с Джоном, меня мучил ещё один вопрос: А что было после моей смерти и до моего рождения здесь?

— Ты начал задавать правильные вопросы, юный Мортегар, — впервые ухмыльнулся Джон, лишний раз подтвердивший, что читает мои мысли.

 — И нет, я не читаю твои мысли, юноша.

— Как-то не верится, — криво улыбнулся я, хотя и не ощущал, что кто-то пытается залезть в мой мозг. Но что я вообще знаю о Трижды Рождённых и их силах? Н-и-х-е-ра не знаю.

— То, что происходит. То, что должно произойти или уже произошло, — с бессменным спокойствием проговорил он. — Разговор случился, или должен случиться.

Понимание пришло, или должно прийти. Думай, юный Мортегар. Ищущий да обрящет. — сделал он паузу и продолжил: — Мне нравится твоё рвение к пониманию сути, а потому у тебя есть минута, пока мы не прошли остальной путь. Задай свой вопрос, юноша, но помни, что он может быть только один и пока мы не дойдём до конца лестницы. Я отвечу на него без утайки и путаницы.

Я задумался и крепко. Спросить хотелось очень многое. Начиная от того, насколько силён Джон и смог ли он одолеть знакомого нам обоим графа.