\

Есть ли способ вернуть моих родных, даже если это невозможно. Что такое «Приказ» и как он смог подчинить себе время? Как одним словом убил стольких людей, поглотив их души? Как он стал Трижды Рождённым? Сука! Голова просто пухла от возможных вариантов! Не хотелось продешевить, а время утекало сквозь пальцы. Как назло, Джон ускорил шаг и конец лестницы неумолимо приближался. Мы уже были на третьем этаже, и с каждым прошедшим трупов становилось больше.

— Душа, находящаяся за гранью, — решился я, хоть и вопрос был максимально бредовый.

Вот только ответ на него мог помочь мне определить цель в дальнейшем поиске, если моя догадка окажется верна. — Есть ли способ вытянуть её и привязать к ребёнку в утробе матери?

— Есть, — кивнул Джон.

У меня пересохли губы, а в голове творился настоящий сумбур.

— Как?.. Как это сделать?..

— Это уже второй вопрос, юноша, — нахмурился Джон.

Второй этаж и начало пролёта первого. Время уходило…"

"— Этот вопрос исходит из первого, — попытался я вывернуться и выдавить из него ответ.

— Бертольд воспитал достойного представителя своего рода, — приподнялись уголки его губ.

 — Хитрость — одна из главных черт вампиров. Пусть так, юный Мортергар, — обернулся он ко мне, смотря прямо в душу. — Выживи, закончи начатое, узнай подробнее о родственных узах, и найди мудрейшего из зверей. Тогда ты получишь ответ.

— И всё⁈ — возмущённо выдал я.

— Хитрость не только удел вампиров, — улыбка Джона стала чуть шире, словно он насмехался над моими потугами. — Я указал тебе путь, юный Мортегар, и отныне разговор об этом более не будет меня интересовать.

Джон отвернулся и продолжил спуск, всем своим видом говоря, что более из него не вытянуть ни слова. Мне оставалось только зубами скрежетать и в бессилии сжимать кулаки, как новообращённый вампир. Будь за мной сила, то я мог бы заставить его сказать правду, но увы и ах. Придётся делать то, что даже спустя столько лет давалось со скрипом. Придётся подключать мозги и думать.

Мы спустились и прошли по уютному холлу, который сейчас представлял собой свалку трупов.

Шесть бойцов императорской гвардии валялись на полу. Консьержка подъезда, старушка в белом платочке, сидя на стуле, лежала лицом в газете. Судя по запаху, я не чувствовал от неё той пустоты и смерти, как от умерших бойцов, а значит она жива. Находилась без сознания, но жива.

Покинув подъезд и выйдя на улицу, мы оказались под прицелом не только штурмовых винтовок, но и пушек пригнанных откуда-то БТР-ов. Вертолёт пролетел над нашими головами и скрылся за зданиями.