\

Дать волю тому самому пожару!

Дуглас ещё что-то кричал, Артурия пришедшая в себя пыталась засунуть меня обратно, но а я — просто сжал ладонь.

И мир содрогнулся.

Глава 20

— Сэр, проезд на трассу Гансбурга перекрыт! Восьмая дивизия заняла позиции!

Командир третьего звена имперской армии поморщился. Крепко держась за поручни, он смотрел на дорогу через бронированное стекло транспортника. Чёрный гражданский автомобиль без номеров, который, как оказалось, был укреплён по спецзаказу, доступному только аристократам, всеми силами пытался уйти в отрыв. Он сносил дорожные знаки, таранил транспорт граждан империи и гнал во весь опор.

— Свяжись с вертушками, — сухо проговорил командир. — Нужно знать, сколько они ещё смогут вести нарушителей.

Молодой сержант, сынок привинциального опального аристократишки, кивнул и начал выполнять приказ, выходя на связь.

Погоня набирала обороты. Зазвучали выстрелы, полетели снаряды гранатометов. За военные действия в городе по головке, конечно, не погладят, но преступника нужно задержать. Да и к тому же, грань доступного и реализуемого вооружения не перейдена.

Гражданские прятались за машинами, в зданиях, и просто разбегались, пытаясь убежать от возможного попадания и желая спасти свою жизнь.

— Командир, смотрите! — отвлёк мужчину водитель и тот поднял взгляд с винтовки на дорогу.

По-началу в голове командира пронеслись мысли, что вылезший из окна машины парень лёгкая мишень. Подстрелить такого проще простого и, судя по выстрелам, парни уже взяли его в цель. И только спустя секунды осознания он понял, что парень каким-то образом выбил бронированное стекло! За время своей службы ему доводилось ни раз работать с подобным транспортом, как пытающийся оторваться внедорожник, и он знал, что те делались на совесть.

Нужна недюжинная сила, чтобы выломать стеклопакет, который в смятом виде пролетел прямо у них под носом.

Адам Уэллс, а именно так звали повидавшего много дерьма командира, уже подносил рацию ко рту и хотел отдать приказ. И в этот же миг их цель, судя по описанию внешности, вытянула раскрытую ладонь и сжала её.

Прозвучал треск, похожий на то, словно кто-то разбил тысячи стёкол и начал топтаться по ним. Он проникал в разум командира и преследователей, нарастая и превращаясь в звук, который невозможно сравнить в этом мира ни с чем.

Глухой, тяжёлый и нарастающий, будто волны прилива.

«Ч-что это?..» — подумал командир, хватаясь за голову.

Звук нарастал, становился пронзительным. Он менял свою чистоту, превращаясь в один длинный писк, от которого у большинства людей пошла кровь из ушей. Лишь водитель, будучи один из сильнейших А-ранговых бойцов отряда, вовремя активирующий Покров, хоть как-то держался и вёл машину.