Фронтовик. Без пощады!
Вернувшись с фронта домой и поступив на службу в милицию, бывший войсковой разведчик осознает, что он снова на передовой, только война идет уже не с гитлеровскими захватчиками, а против уголовного отребья.Пока фронтовики проливали кровь за Родину, в тылу расплодилась бандитская нечисть вроде пресловутой «Черной кошки», на руках масса трофейного оружия, повсюду гремят выстрелы и бесчинствуют шайки. А значит – никакой пощады преступникам! Никаких интеллигентских соплей и слюнявого гуманизма! Какая, к черту, «эра милосердия»! Какие «права человека»! Вор должен сидеть в тюрьме, а убийца – лежать в могиле! У грабителя только одно право – получить пулю в лоб!И опер-фронтовик из «убойного отдела» начинает отстреливать урок как бешеных собак. Он очистит родной город от бандитской сволочи! Он обеспечит уголовникам «место встречи» на кладбище. Он разоблачит «оборотней в погонах» и, если надо, сам приведет смертный приговор в исполнение.
У тех же бабушек на лавке Андрей выяснил, где находится домоуправление: еще два квартала пешком и дверь в подвал.
– Что случилось? – сразу обеспокоился начальник-домоуправ, едва Андрей появился на пороге маленькой комнатушки. – У нас вроде все прописаны и проживают согласно прописке.
– Нет, я по другому поводу. Скажите, вы все вызовы сантехников фиксируете?
– А как же? У нас порядок. Мария Ивановна, покажите товарищу милиционеру журнал вызовов.
Сидевшая в соседней комнатушке пожилая женщина принесла журнал:
– Вас какой день интересует?
– Двадцать третье июля.
Делопроизводитель раскрыла журнал, и Андрей сам стал проглядывать записи. Вызовов в Кривоколенный переулок в этот день не было.
Он пролистал, просмотрел предыдущий день – тоже нет. Стало быть, сантехники липовые. Но была одна нестыковка. Со слов старушки, сантехники выходили из их подъезда, а не из соседнего, где произошла кража. Или старушка обозналась, приняв за сантехников других людей? Мало ли работяг ходит в ватниках и носит кирзовую сумку с инструментами? Похоже, путь тупиковый.
Но по возвращении Андрей доложил Гиви, как старшему, о результатах и своих умозаключениях.
– Не торопись, надо еще опросить всех. Затем зайдем в дом напротив, а уж выводы будем делать потом сообща, на планерке у Василия Федоровича, – осадил Андрея Гиви."
"Однако обход закончился ничем. Жильцы не смогли сообщить оперативникам ничего существенного. Но ведь так не бывает. Воры – не бесплотные создания, кто-то должен был их видеть, просто не обратили внимания. Скорее всего, кто-то из преступников достаточно умен и знает азы психологии. Ведь на людей из обслуживающего персонала, особенно в форме, никто не обращает внимания – на тех же почтальонов, связистов, газовиков, работников аварийных служб.
К вечеру они оба основательно вымотались, но все квартиры дома обошли – за исключением двух. Со слов всезнающих бабушек, один из жильцов уже месяц лежал в больнице, а другой был в длительной командировке на Севере. Естественно, ни как свидетели, ни как возможные участники преступления эти жильцы сотрудников уголовного розыска не заинтересовали.
Утром, на планерке они доложили начальнику о результатах.
– Пока мы имеем два подозрительных факта: один – «грузовик во дворе», и второй – «двое мнимых сантехников», – подытожил Василий Федорович. Сегодня вы снова отправляетесь к дому – опросите еще раз тех, кто видел грузовик. Хоть одну, а если повезет – то и две цифры из номера пусть попытаются вспомнить. И по сантехникам – к кому-то же в подъезде они заходили? Может, старушке сослепу они показались слесарями, а могли вполне оказаться грузчиками из мебельного магазина. Тогда и грузовичок в канву ложится.

















